Книга Детектив на весну, страница 14 – Елена Михалёва, Татьяна Устинова, Елена Логунова, и др.

— Недоказуемо, – быстро ответила Элка и победно улыбнулась.

— Ну, предположим. Но бензин-то сам бы себя из бака не слил!

— А вот тут ты меня поймал, – легко согласилась она и ласково щелкнула Воронова по носу. – Не дуйся, никуда не делся твой бензин, канистра в гараже стоит.

— Убил бы! – Руки сами собой сжались на длинной белой шее.

— А тело куда денешь? – не испугавшись, хихикнула Элка, снова полезла к нему целоваться и прошептала в губы: – Смирись, Вася, нам с тобой еще новый роман писать. Я предложила в соавторстве – издатель согласен, тираж ого-го и половина гонорара предоплатой!

— В соавторстве? С тобой? Совсем уже того?! – возмутился он, но как-то вяло, задумчиво.

А руки сами собой сползли с белой шеи на белые же плечи и притянули «березку» в объятья.

— Тата? Таточка, это ты?

Она чуть не уронила мобильный. Чашка с кофе, которую она элегантно держала на весу, на блюдце не ставила, накренилась, и кофе выплеснулся на юбку.

— Черт, вот черт возьми!

— Таточка, к чему ты поминаешь черта?

Тата, кое-как приткнув чашку на стол, пятерней стряхивала коричневые пятна с тонкой светлой ткани. С каждым движением получалось все хуже и хуже, пятна расползались и приобретали хвосты, как кометы.

— Тата, ответь мне! Я туда попала или я не туда попала?!

Тата, плечом придерживая трубку, заскулила жалобно:

— Бабушка, почему ты звонишь с какого-то странного телефона?

В трубке помолчали, а потом сказали тоном оскорбленного царственного достоинства:

— Почему со странного? Я телефонирую с совершенно нормального аппарата! По крайней мере, на вид он совершенно обычный!

— Кто?!

— Телефон, – пояснили в трубке. – А что ты имеешь в виду, когда говоришь, что телефон странный?

Тата шумно выдохнула и перестала отряхивать юбку. Теперь по дороге на совещание придется прикрывать пятно ежедневником, словно ей так удобно – носить ежедневник на бедре, как индийская женщина кувшин.

— Бабушка, что это за номер? Ты что, не дома?

— Ну конечно, нет, моя дорогая.

— Господи, куда тебя понесло?

В трубке фыркнули, но и фырканье было царственное.

— Сегодня рождение у Юлии Цезаревны, разве ты забыла?

Тата понятия не имела, когда именно день рождения у Юлии Цезаревны, лучшей бабушкиной подруги.

— Ты, конечно же, поздравишь Юлечку, когда я передам ей трубку, но, Тата, я звоню по совершенно другому поводу! Ты помнишь, что сегодня пятница?

— Смутно, бабушка, – пробормотала Тата. Проклятые пятна на юбке не давали ей покоя, и она все косилась на них, прикидывая, как именно можно минимизировать потери. Может, перевернуть юбку задом наперед?

Нет, выйдет еще хуже. Тогда пятна будут сзади, что уж совсем… неприлично.

— Что значит смутно? Если ты смутно помнишь такие вещи, значит, тебе нужно принимать специальные капли для головы. Они продаются в аптеке. Я принимаю, и, слава богу, у меня с памятью все прекрасно.

— Прекрасно, – эхом повторила Тата.

— Так вот. О чем я говорила?.. Ты меня сбила, и теперь я не могу вспомнить, о чем говорила. Решительно.

— Ты сказала, что сегодня пятница, бабушка.

— Ах да! Вот именно, сегодня пятница. О чем нам это говорит?