Книга Второй шанс для многохвостой лисицы, страница 70 – Селина Катрин

Первым делом я бросилась, конечно же, к сундуку, в котором лежали подаренные эльфийским принцем клинки с бриллиантами. Как и думала — их не оказалось на месте!

Как⁈ Кто посмел?

Не думая ни секунды, я бросилась к дежурному по павильону.

— Меня обокрали! — От отчаяния я часто-часто замолотила по двери.

Заспанный огненный клинок появился не сразу. Щурящийся от яркого света, с отпечатком подушки на щеке и кривыми от сна усиками, он вначале долго пытался понять, что произошло. Однако стоило представиться и указать на двери собственной комнаты, как он тут же широко распахнул глаза и… заломил самым жестоким образом мне руку за спину. От такого обращения мешки с сухофруктами и прочими сладостями, которыми отблагодарили люди из деревни, попадали на пол.

— Ты! Воровка! — завопил клинок.

— Нет, вы не так поняли! Это меня обокрали! — возмутилась, но куда там!

Дежурный уже бил в один из многочисленных колоколов. У него их было множество: каменные, из сплава латуни и меди, керамические, железные и стальные, чисто медные… В зависимости от формы и материала, они звучали по-разному и передавали совершенно разные сообщения. Сейчас среди ночи он бил в каменный, с определённой ритмичностью, тот звучал глухо, должен был распространиться не дальше восточного крыла, и прийти на него должны лишь несколько человек из павильона Каменных Хризантем.

— Я невиновна! — пискнула, пытаясь вывернуться, но усатый держал так, словно он сам — тот самый каменный колокол весом в полтонны.

— Тише! — шикнул он. — Нашли у тебя припрятанное добро — и ещё оправдывается! Воровка наглая, небось руки липкие с самого детства были!

Какое ещё добро? Я моргнула, не понимая, о чём мне твердят, пока он не ткнул меня носом в раскрытый сундук в углу. Там, где под свёртками с рисовой бумагой и парой запасных штанов должны были храниться эльфийские кинжалы.

— А та-а-ам что было⁈ — противно заверещал мужчина, аж слюна брызнула.

— Мои кинжалы! — рявкнула я, не выдержав.

— Твои?!! То есть ты даже отрицать не будешь, что украла драгоценное оружие из драконьей сокровищницы? Мозгов хватило ровно на то, чтобы спрятать их в сундук⁈

— Они не из сокровищницы, это подарок! Тонкая эльфийская работа, вы понимаете⁈ — взвыла я.

Этот урод заломил руку так, что уже болели рёбра там, где вонзила когти русалка, но выкрутиться не было никакой возможности.

— Подарок? Тебе⁈ Эльфийские кинжалы с бриллиантами? Ага, конечно! Ещё скажи, что тебе их благородный эльфийский князь в знак вечной дружбы лично вручил, да? — Он хохотнул, подмигнув трём незаметно подтянувшимся воинам из павильона Каменных Хризантем.

К величайшему сожалению, я не знала ни одного из них. Хуже того, ни одного из лиц я даже на празднике Цветения Сакуры не видела.

— Так и было! — у меня сорвался голос.

Хоть смейся, хоть рыдай. Весь абсурд ситуации заключался именно в том, что это было правдой! Да, именно князь Илариэн Рассветный, именно лично и именно вручил — только не в тронном зале при свидетелях, а на балконе, тихо, тет-а-тет, предложив переехать к нему в лес.

И вот теперь я, с вывернутой рукой и распухшим от чужих криков ухом, доказываю, что не воровала. Все знают, что брать чужое нельзя. За воровство на Огненном Архипелаге отрубают кисть, и, если воришку ловят, наказание может произойти даже на обычном рынке — без разговоров, совета клана или решения старейшины, а тут — дворец…