Книга Огонек для чернокнижника, страница 127 – Александра Каплунова

— Я заберу и твою душу, жалкий подкаблучник Тёмного. — Почти рыча, вымолвил чернокнижник.

Кэсс все так же безвольным телом висела в руках ослабевающего мага, не приходя в себя, не пытаясь вырваться, бледная, как полотно.

Но вот под магией Вирса противник не выдержал. Он еще пытался сопротивляться, что-то предпринять, но не смог. Упал замертво, наконец, разжав руку, и Кэсс повалилась рядом. Вирс застыл в оцепенении.

Крича и размахивая руками, прибежал Доджи.

— Бабуся сказала тут беда-беда! Все дела побросала, меня отправила сюда. Говорит скорей-скорей девочку в дом нести. — Тараторил он. — Говорит, Темный своих приспешников от нее спрятал, что б напасть смогли, не уследила! А те знали-знали, куда вы ушли!

— Да, я уже вижу… — Небрежно бросил Вирс, скидывая с себя остатки оцепенения. Его глаза кратко вспыхнули синеватым светом и снова вернулись в обычное состояние. Подняв девушку на руки, быстрым шагом направился в сторону домика ведьмы, находу пытаясь понять, что произошло с пироманткой. Ведь на ней не было абсолютно никаких внешних повреждений. Но миг и он-таки понял. Её разум не был защищён… Этим-то и воспользовался один из магов.

Не сдержавшись, Вирс проматерился.

Приоткрыв дверь ногой, чернокнижник занёс Кассандру в дом и окинул комнату взглядом в поисках ведьмы.

Та встретила его весьма радушно… Шибанув мокрой тряпкой по спине. Впрочем, едва ощутимо.

— Бедовый ты, девочку не смог защитить! Не стыдно тебе, чернокнижник ты этакий. — Она выглядела очень взволнованной.

— Не зарывайся, бабка! — Пророкотал темный в ответ. Глаза его вновь полыхали синим. Маг был в ярости.

Снова в избе потемнело. За сгорбленным силуэтом старушки разрослась тень.

— Не забывай, с кем разговариваешь! — Голос женщины был наполнен силой. Маг не мог не ощутить энергию, которой его обдало. И это отрезвило.

Тут же тень схлынула.

— Не забывай. И радуйся, что я понимаю, почему ты сейчас так зол. — Перед ним снова стояла сгорбленная старушка. — Научишься еще ее защищать. Привыкнешь. А теперь быстро в баню, положишь на пол ее и сам рядом и чтоб лицом к лицу, лоб ее к своему прижми.

Вирс последовал указаниям, на ходу размышляя. И когда он стал так переживать за девчонку? Впрочем, одного взгляда на хрупкую фигурку в его руках хватило, чтоб с силой сжать зубы.

Старуха тем временем прихватила лучину и, толкая Вирса вперед, зашла в баню. Пол оказался весь устлан сухими листьями, похожими на кленовые. Воздух был полон дурманящего пара.

— Бедовые вы, ох, бедовые. И я, старая, ох, бабка старая! Ты давай, давай, ложись уже. И я тебе тогда уж сразу скажу, чтоб наперед пуще прежнего берег ее, как самое дорогое! Девочка эта с тобой связана, а ты с ней. Умрет она, и ты вскоре копыта отбросишь. Судьбы ваши уж слишком плотно сплелись. И сила ваша будет рядом друг с другом расти, знай только пользуйся. Противоположности то тянуться друг к другу. Вы как магниты. Вроде и разные совсем, а соеденитеся, так и не разорвешь. И оба еще роль важную сыграете. Ну, а теперь, давай, я тебя к ней пошлю. Уууу!! Ироды! — Последнее уже относилось не к Вирсу, а к нападавшим.

Чернокнижник, изогнув бровь, слушал ведьму, находясь уже в бане. Тоже дамочка весёлая… Куда Вирсу дальше в силе-то расти? Дальше уже идут божественные замашки… Ну, да ладно, сейчас не об этом. Чернокнижник хоть и привык к магии, как к обычному явлению, но вот то, что собиралась делать ведьма… Странно это как-то.