Книга Ученица Хозяина Топи, страница 97 – Александра Каплунова

— Стой, — сдавленно велел ворон, сам на месте замирая.

Лесьяр же медленно подземелье взглядом обводил… А как развернулся к ним, так Весенья готова была прямо здесь и под землю провалиться.

Только бы не видеть хищного лица, что точно демону принадлежало. Искаженное, с острыми скулами, глазами раскосыми, а губы в оскале зубы треугольные обнажали. Свет глаз его и вовсе померк, теперь в них лишь чернота стояла. И уставились те аккурат на Весенью.

— Беги, девочка… — выдохнул ворон.

Веша сорвалась с места.

По лестнице Весенья буквально взлетела и уже выскочила на улицу, когда позади взревело, точно раненым зверем. И рев этот полон был нечеловеческой ярости, тьмы первозданной, что страхом сковывает. Вот и ее душеньку изморосью тотчас покрыло.

Из-за изгиба башни выскочили навстречу девице потанята обеспокоенные, взбудораженные, взлохмаченные. А хвостики за спинами так и мечутся.

— Это кто так? — пропищал Славка, но Веша на бегу их пихать стала обратно к входу в башню.

— Быстрее! — гаркнула так, что те едва не на полметра подскочили.

Объяснять не пришлось, потому как снова рев раздался, и все трое уже поспешили убраться отсель. Потанята припустили — только копытца сверкали. Мимо прошелестели крылья Мрака — ворон тоже спешил убраться из подземелья по добру по здорову, пока без хвоста не остался, али что похуже.

Дверь уж была близко, чертята вот внутрь проскочили, за ними — Мрак, а Вешка, как специально, споткнулась об торчащий из земли корень. Сколько дней хотела выкорчевать его, а руки так и не дошли! И вот, пожалуйста, буквально классика жанра! Она взяла и шлепнулась…

— Быстрее! — сдавленно запищали потаньки за порогом пританцовывая. Обратно бы вышли, да от воя пронзительного, оцепенели буквально.

Вешка едва успела, когда из-за башни поступью тяжелой магик вышел. Не похожий на себя совсем — кожа белая, точно у покойника, а на фоне глаз целиком чернотой затянутых, и того бледнее кажется. Он шел согнувшись, ведя когтистой рукой по камню, от чего порой даже искры летели. Дышал тяжело, хрипло, да скалился в жуткой своей демонической улыбке.

— Весенья! — ворон заметался внутри круглого зала, что перья полетели, но дверь вдруг захлопнулась с оглушительным грохотом. Потанята стали с той стороны стучаться, да ломиться, но все бестолку. Башня от Хозяина озверевшего, да тьмой опьяненного, защищалась…

— Беги в лес! — послышался с той стороны приглушенный крик ворона, — Беги, Весенья! Беги! Он не соображает!

И второй раз за вечер побежала Вешка. Тут и уговаривать, да объяснять было без надобности — от одного вида Хозяина Топи хотелось куда подальше залезть. Теперь уж стало понятно, откуда те легенды, да сказочки жуткие берутся. Такого вот встретишь — от одного вида уже жить не захочешь, а коли встречу такую переживешь, так вовек не забудешь.

Что же стало с ним? Где тот, настоящий Лесьяр? С хитрым своим взглядом, за которым теплота прячется. Спокойный, невозмутимый, дурашливый порой, даром, что лет ему там сколько, но никак не злой. Даже в первую их встречу не боялась Веська, как сейчас.

Мостки деревянные, от башни ведущие, пролетела, сама не заметила, едва ногами касаясь. Как только не поскользнулась, да в темные воды болота не улетела? Да и вовсе различить во мраке сумела…