Книга Невеста Полоза, страница 124 – Лиса Райс

Подняться скользко. В глаза смотреть стыдно. Все, на что девушка оказалась способна, это свернуться боку, да закрыть ладонями лицо, да давиться не то плачем, не то смехом в лёгком предыстеричном состоянии.

Как после такого они будут в глаза смотреть друг другу? Да Есенье под пол хотелось провалиться.

В голове вдруг резанули мысль и девушка горестно не то простонала, не то провыла:

— я не специально, — а сама смеётся. Нет, ну точно истерика. Ситуация до абсурда глупая, если со стороны взглянуть. А ну кау царевич решит, что она тут за его спиной специально полы мылом натирала, чтобы он в её объятия все таки рухнул?

— Вот никто еще не покушался на мою царскую честь, натирая пол мылом, — хихикнул Полоз, которого распирал смех от одного только представления того как Есенья в уме коварно расчерчивает пол на квадраты, натирает тот мылом и ставит в центр "объект".

Встать удалось с трудом, пару раз приложившись хоть удалось более приличный вид заиметь. Пол отодрал раза со второго, удовлетворенно кивнул, бросая взгляд на устойчивый пол. Лукаво улыбнулся, снимая с крючка мочалку. Идея пришла в голову хоть стой, хоть падай, вот уж воистину, но если он сейчас устоит перед соблазном, то не будет хоть на девушку смотреть как голодный пес на мясо.

— Придется тебя самому помыть, — не понятно то ли шутит, то ли говорит всерьез. Чтобы собственное тело не подводило, в уме Полоз спрягал латинские глаголы, судорожно сглатывая, когда мочалка скользила по стройным женским ягодицам или груди. Девушка, видимо, ошалела от такого развития событий, только слегка вздрагивала, когда мочалка елозила совсем уж по укромным уголкам.

— Дай сам помоюсь. Ополоснись, ладно? — чего стоило змею, чтобы его зубы не превратились в крошку. Злат порывисто вздохнул, отворачиваясь от разомлевшего дивного создания, намыливая собственную кожу.

Из бани они вышли оба красные, и явно не только из-за жара парилки. Мысли явно были не о том, поэтому первого хищника Злат едва не проморгал, но успел встать перед Еськой и ткнул утробно рявкающему волку в пасть горящим факелом. Хорошая новость: хищник взвизгнул как обиженный пес и отскочил, плохая новость — горящие в темноте пара десятков глаз говорила о том, что охотящихся на них тварей факел надолго не остановит, тем паче тот потух.

— Ходу, — одними губами буркнул наг, переплетая свои пальцы с пальцами девушки. Они как раз успели влететь в дом, шандарахнув особо ретивого представителя волчьего племени по морде дверью.

— Уф. Завтра же начну утро с поиска капканов, — выдохнул царевич, запирая дверь на засов. Яростный вой под дней и шкрябанье когтей говорило о том, что серый очень зол на то, что остался с носом.

— И вовсе я не покушалась, — проворчала девушка, поглядывая на поднявшегося Злата через пальцы. Было очень интересно, но настолько же и стыдно. Она сама поднялась следом за ним и села на лавочку, стараясь не смотреть на абсолютно нагого нага. И ещё хуже стало, когда ему в голову взбрело нечто совсем ненормальное. Сперва девушка подумала, что он шутит, но царевич начал свое дело весьма решительно. Есенья только зажмуриться успела, вцепилась в край лавки руками, до побелевших костяшек и коленки сжала едва не до судорог.

Никогда в жизни Еся не испытывала такого. Даже тогда в поле ласки хоть и были откровенными, но ни в какое сравнение не шли с происходящим теперь. Касания до разогретой кожи мягкой пены в сочетании с шерховатой поверхностью мочалки будоражили, будили внутри странные, какие-то очень порочные чувства. Стоило больших трудов сидеть смирно, не поддаваться наваждению. Только вот участившееся дыхание, лихорадочный румянец и явная дрожь выдавали с головой.