Книга Невеста Полоза, страница 112 – Лиса Райс

Змей вздохнул, погладил примостившуюся к нему девушку по волосам. Без лунной недели она вызывала в душе скорее какую-то нехорошую, напоминающую не самые радужные чувства, эмоцию. Как говорится, "мальчик мой, ты же знаешь, что любовь — это смерть", как пел не так давно приезжающий в столицу бард.

— Можно, но там разве тоже приманка лежать не должна? — будь Злат кроликом, не пошел бы он в подозрительную конструкцию без весомой на то причины, хотя кто бы говорил: поймали их в ловушку куда более ловко, чем предполагаемого зайца.

— В тот раз…Тогда, видимо, маменька решила, что лес за нее всю работу сделает, — проворчал царевич, который терпеть не мог женщин, отправляющих детей на погибель в лес. Выходит, "родной" человек в жизни жены появился довольно давно. При таком раскладе сложно было не испытывать уважение к девушке, что не озлобилась и выросла адекватной.

— Что именно ты хочешь узнать? — он не хотел отмахнуться от ее желания, просто особо никогда рассказывать о себе не приходилось: Свет и так о нем все знал, близких друзей кроме мага у него не было…больше не было, а с дамами они предпочитали проводить время не за разговорами, так что опыта рассказов о себе не было никакого

Есенья задумалась. Сложно было сосредоточиться, когда длинные пальцы гладят ее по волосам, вызыва толпы мурашек на спине, которые пробегали от самой шеи вниз и отдавались тёплом где-то внизу живота.

— Что-то о своём детстве? Что ты любил делать? Чем развлекался?

Сидеть было все же не так удобно и совсем обнаглев Есенья шевельнулась и сползла ниже, укладываясь царевичу не колени. Откуда только смелости столько взяла? Но так лежать на боку, головой на его ногах и глядеть в пламя под звук его голоса… это было так необыкновенно сладко и тепло. Ради такого момента, пожалуй, было не жаль попасть в такую беду.

— Наверное в детстве у тебя было много нянек? — Еська тихо хихикнула, представляя, как армия нянюшек гоняется за молодым царевичем с золотым горошком по всему дворцу.

— Как раз тем, что убегал от особо докучливых нянек и учителей, — усмехнулся Злат, устраиваясь поудобнее. К большому сожалению, изобрести что-то типа подушки из их скудных средств было невозможно, но если девушка хочет, пусть на его коленях поспит, он не против. Реакций от тела ожидать не приходилось: слишком невеселые мысли в голове и только сейчас начинает отпускать рука анабиоза, смирившись, видимо, что рядом костер и тело не надо укладывать под белой елкой до тех пор пока то не отогреют.

— Кроме пряток от нянек, а потом и гувернеров? С отцом на лошадях в лес ездили, на озеро, другие ближние города мне показывал. Обидно, что почти не помню ничего: ездили в большинстве своем еще на одной лошади. Мать, помню, ругалась, что тот с ума сошел такого маленького ребенка на лошадь, а тот только улыбался. Когда в седле уже держался, успели-то всего несколько поездок совершить до того как… — Злата ощутимо передернуло. Дядюшка до сих пор находился в тюрьме за попытку захвата власти и убийства родного брата. Пожалуй, этот скелет пока пусть посидит в шкафу: на ночь только страшных историй еще не хватало.

— С деревенскими играл. Волосы еще не такими яркими были, поэтому удивлялись, да, что блондин, но по этому признаку не узнавали. Удавалось как-то так мудро убегать из дворца, что лет до двенадцати деревенская братия не догадывалась кто я такой. Потом наконец меня выследили и воззвали к совести наследника великой страны. Честно говоря, в тот момент меня больше волновало, что стащили с качелей над пропастью. Ох уж эта страсть к адреналину. До сих пор помню ошарашенные лица ребят. Жаль, общаться как раньше мы больше не могли. Кузнец только это адекватно весьма воспринял. Ну…в смысле он сейчас кузнец. А так почти все время занимали какие-то уроки. Большинство из них ни разу не пригодились в реальной жизни, — вздохнул змей, аккуратно выпутывая из волос девушки еловые иглы.