Книга Антрацит, страница 70 – Кира Уайт

Скарлетт, видимо, думает примерно в том же направлении, потому как держится рядом с Холденом, как с сильнейшим представителем нашей маленькой группы. Тайлер, следуя приказу, тоже далеко не отрывается. А мне не остается ничего иного, как прикрывать спины подростков собой и скрипеть зубами оттого, что моя собственная спина остается беззащитна. На Кейт надежды нет.

Рычание удаляется в противоположную от нас сторону, выжидаем еще с минуту, прежде чем продолжить путь. Стараюсь смотреть не только себе под ноги, чтобы контролировать, куда наступаю, но и озираюсь по сторонам. Несмотря на продолжающие светить фонари, яркие вывески, рекламные щиты и экраны, ничто не намекает на то, что Карстон обитаем. За исключением патов, разумеется. Нет ни одного признака присутствия людей. Куда они могли подеваться? Превратиться в монстров или стать обедом для них абсолютно всем нереально. Тогда улицы кишели бы патами или трупами.

Остается только гадать. Надеюсь, большинство успели слинять из города при первых же признаках опасности. Если нет, и они, по примеру Скарлетт, прячутся по квартирам, страшно представить, что начнется, когда нужда заставит их покинуть безопасные стены. Не могу перестать мысленно возвращаться к страшным картинам, рисуемым воображением.

Замедляем шаг, когда до границы четвертого квартала остаются считанные метры. Нам предстоит преодолеть широкий проспект, полностью открытый с четырех сторон. Пара брошенных машин не в счет, надолго за ними укрыться не получится.

Холден выставляет в сторону руку, давая понять, что нам необходимо остановиться, и осторожно выглядывает за угол здания. На целую минуту застываем без движения. Со своего ракурса замечаю высаженные вдоль зданий на перпендикулярной улице высокие кусты. Они значительно ухудшают обзор, возможно, поэтому ожидание, когда Холден подаст знак, все длится и длится.

Неожиданно где-то совсем близко раздается полный ужаса женский вопль. Его тут же сопровождает разномастное рычание. Паты. Много патов. И они близко.

Ноги становятся ватными, на лбу выступает пот. Меня потряхивает. Кейт снова хватается за меня, но на этот раз я даже не испытываю раздражения.

— Черт! – в сердцах произносит Холден и теснит прилипшую к нему Скарлетт.

Она налетает на Тайлера, а тот, в свою очередь, на меня.

— Что там? – чуть слышно пищит Кейт, когда я случайно наступаю ей на ногу.

Не отвечаю. Во все глаза смотрю на обернувшегося Холдена. Он прикладывает палец к губам и прижимается спиной к стене. Мгновенно копируем его действие.

По проспекту проносится целая толпа патов, ни один из которых, к счастью, не поворачивает головы. Топот и рык постепенно удаляются, но мы остаемся неподвижными. Хотя внутри меня все дрожит, желудок сжимается с такой силой, что хочется согнуться пополам и облегчить спазмы.

Кейт дергает меня за руку, но я напряжена настолько, что не сразу обращаю на нее внимание. Только когда она впивается ногтями мне в кожу, оборачиваюсь, собираясь грубо рявкнуть на нее. Достала!

Понимаю, ей страшно, но и мне не меньше.

Злые слова так и не срываются с языка, когда я замечаю ее искаженное страхом лицо, а затем прослеживаю за направлением, в котором она указывает. За стеклянной витриной какого-то бутика напротив замечаю движение. Благодаря яркой подсветке не составляет труда разглядеть женщину, одетую в классический брючный костюм когда-то стального цвета. Он порван в четырех местах, запачкан кровью и чем-то еще. Сама всклокоченная зараженная приникает к окну, вжимаясь ладонями в стекло и оставляя на нем бурые разводы. Ее оранжевые глаза неотрывно следят за нами, верхняя губа жутко подрагивает, обнажая оскал.