Книга Невеста с гаечным ключом, страница 59 – Лея Кейн

Несколько солдат дернули затворами, но Генерал ненадолго отсрочил нашу казнь:

— Не здесь, болваны. Уведите их в ущелье.

— За что, Генерал?! — закричал Райнер, вырываясь из хватки, пока ему заламывали руки за спину.

Но тот его уже не слушал, а отдавал приказы относительно станции:

— Готовьте технику. На рассвете выдвигаемся. И будьте аккуратны: ни принц, ни имперский лайнер не должны пострадать. Остальных в расход.

— Вы не человек, вы чудовище! — не унимался Райнер, а я не могла издать ни звука.

Мне казалось, что мое горло парализовало. Даже ноги стали ватными, и я едва могла ими передвигать, отчего запиналась на каждом шагу, и солдатам приходилось удерживать меня, чтобы я не упала.

В ущелье, куда нас повели, когда-то мы с Райнером ставили силки, чтобы поймать на ужин какого-нибудь мелкого грызуна. Теперь мы сами с минуты на минуту станем ужином для их сородичей. Эта мысль была буквально оглушающей. Даже крик Райнера утонул в ее гуле.

Я не хотела верить, что это конец. Только не так. Не сейчас, когда я была в шаге от свободы. Все, о чем я мечтала, все, к чему стремилась, не могло оборваться вот так.

— Невия, прости меня! Я не хотел! — Райнер раскаивался и проклинал себя, но было поздно.

Нас поставили на край обрыва, спиной к пропасти, и отступили, чтобы приготовить и вскинуть оружие.

Я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь, но тело не слушалось. Все внутри кричало от страха и несправедливости. Мы с Райнером не заслужили такой участи. Но мы хотя бы были вместе.

— Райнер, — прошептала я, но не придумала, что сказать на прощание. Перед лицом неминуемой гибели все казалось бессмысленным.

Он дотронулся до моей руки, дождался, пока я вложу в его холодную и влажную ладонь свои пальцы, и сжал их.

— Я хотел, чтобы у нас был шанс, — произнес он, и мы оба вздрогнули от звука вздернутых затворов.

В тот самый момент, когда я, глотая душащий ком в горле, зажмурилась, готовясь принять очередь пуль, из ниоткуда появилось спасение.

Капитан Грок обрушился на наших палачей лавиной — внезапной, быстрой, точной. Двое не успели даже понять, что произошло, как рухнули на землю, сраженные меткими ударами в жизненно важные точки.

Я отшатнулась, и моя нога едва не угодила в пропасть. Спасло лишь то, что Райнер все еще держал меня за руку. А когда очухался, что нас выручают, оттащил меня от края и бросился помогать капитану.

Один из оставшихся двоих солдат попытался выстрелить, но Грок выбил оружие из его рук, прежде чем тот успел привести его в действие. Затем последовал короткий, но жестокий рукопашный бой, в котором капитан вышел победителем. А четвертый солдат, застигнутый врасплох, попытался напасть на Райнера, однако мой друг ловко уклонился от удара, и тот, оступившись, с криком отправился в пропасть, куда должны были безжизненными тушками улететь мы.

Меня замутило, как только я услышала хруст сломанной шеи солдата, которого только что уложил Грок, и глухой удар распластавшегося на дне ущелья тела.

Отвернувшись, я согнулась пополам и выблевала фруктовую колбаску, которой поужинала накануне. Я хоть и выросла на одной из самых суровых планет, но впервые собственными глазами увидела убийство. Райнеру, кстати, тоже стало не по себе. Он застыл истуканом над ущельем и, видимо, пытался переварить, что чуть ли не собственными руками столкнул туда человека.