Книга Венок тумана. Два сердца, страница 16 – Наталья Шнейдер

— Мамочки!

Смех рвался из груди помимо воли — вместе с воздухом.

— Не… могу… дышать…

Дергаясь, будто на ниточках, хихикая, ведьма все же сумела замкнуть круг. Рухнула на колени у моих ног, тяжело дыша. Малец тут же выпустил меня, повис у нее на шее, прижимаясь всем телом.

— Алеся, мне страшно!

Лес вокруг будто сошел с ума. Деревья хлестали по невидимой стене. Волосы снова потянулись, оплетая ее жуткой паутиной. Все выше. Все плотнее.

— До утра мы не продержимся, — сказала ведьма, и голос ее прозвучал пугающе спокойно.

Я зажег светильник. Огляделся. По левую руку темнела прогалина, а там…

Я тронул ведьму за плечо, указывая туда.

— Я слышал, нечисть под дубом слабеет.

Она с непроницаемым лицом посмотрела на дуб. Тоже огляделась.

— Посвети-ка там.

И опять я послушался прежде, чем понял, что подчиняюсь. Осина. Совсем молодая, стволик толщиной в половину моего запястья.

— Ты тоже посещал факультатив по боевой магии? — хмыкнула она.

— Как, ты… — задохнулся я.

— Не доучилась, но кое-что помню.

Она смотрела мне в глаза прямо и настойчиво, так, словно пыталась что-то сказать. Закрутила руку в воздухе, будто создавая водоворот, указала на дуб. Резко рубанула ребром ладони, переведя взгляд на осинку.

— Факультатив по боевой магии… — медленно повторил я. Дошло!

«Аркан». Невидимые веревки сдернули русалку с ветвей, бросили под дуб. Меня снова скрутило от дикого воя. Разревелся мальчишка. Ведьма метнула огненный резак, осинка накренилась. Не давая ей упасть, я потянул деревце к себе магией, а ведьма короткими точными заклинаниями обрубала ветки, так что через пару мгновений в моих руках был осиновый кол.

— В сердце! — крикнула ведьма.

Я метнулся к чудовищу, занес кол…

— Ярик…

Передо мной на земле лежала мать. Такой, какой она была в последние дни: осунувшееся желтоватое лицо, в вырезе рубашки под халатом торчат заострившиеся ключицы. Я замер.

— Ярик, сынок… Неужели ты хочешь убить маму?

Я забыл, как дышать. Этот голос, эти слова жгли душу каленым железом.

— Она не твоя мать! — закричала ведьма.

— Ярик, мне больно… Помоги мне.

Сам не сознавая, что делаю, я потянулся к ней. Помочь встать, обнять, увезти домой.

Что-то коснулось моего колена, обвивая ногу. Я вздрогнул, будто просыпаясь.

Зажмурился. С силой опустил руки. Захрустела плоть. Я застыл, боясь открыть глаза.

— Матвей! — Крик ведьмы хлестнул точно плеть по обнаженным нервам. — Матвей, стой!

Я оглянулся только для того, чтобы увидеть, как белая рубашонка исчезает между деревьями.

Алеся

— Матвей! — я рванулась за ним. Догнать. Успеть!

Ветки березы, словно живые, опустились к моему лицу, преграждая дорогу. Я отмахнулась от них. Ветер взметнул мои волосы, перепутывая их с ветками. Я рванулась, не обращая внимания на боль. Но лес не собирался меня пускать — под ногу подвернулся корень и я со всего маха прилетела виском о березовый ствол. Искры из глаз. Темнота — кажется, всего на миг.

Бледное пятно, обрамленное темным ореолом, нависало надо мной. Я вскрикнула, шарахнувшись.

— Тихо ты! — окрикнул меня голос городского.

Я выдохнула. Не сущность с той стороны. Просто темнота стерло лицо.

— Дай, залечу.

Висок ныл, будто в него воткнули толстенный сук.

— Обойдусь, — отмахнулась я. — Матвей?

— Тихо, я сказал! С сотрясением шутки плохи.