Книга Кто Там, на моем плече?, страница 86 – Мария Барышева

— М-да, - Костя рухнул на один из свободных стульев, - работка-то отстой! И что - ты целый день всякую хрень таскаешь? А чего в весе тогда не скидываешь, непонятно? Слушай, почему здесь столько кроликов?

— Опять сметана подорожала, - пробормотала Лемешева, отыгрывая короткий мотивчик на калькуляторе.

— Ой, это так интересно!

— Колбасу вот-вот привезут, не успею, не успею!..

— На работу надо вовремя приходить.

— Ее же не отложишь, - она прижала колпачок ручки к кончику носа и сморщила его, - шеф лично наблюдает за ритуалом подсчета усушки, угрызки, умятки...

— Смешно, - одобрил Костя, откидываясь на спинку стула. Мысли Ани тотчас приняли другое направление.

— Вот стерва!

— Так скажи ей об этом! А лучше - повторяю - дай в ухо! Такие понимают только оплеухи. Хотя, - Костя почесал затылок, - вариант, что она нажалуется своему хахалю, и тебя могут выставить... Надеюсь, это единственная причина, по которой ты это терпишь?

— Анюша, - в кабинетик просунулась голова Тани, - чайник закипел. Где твоя чашка?

Она подхватила с полки васильковую кружку, прежде чем Аня успела ответить, и умчалась. Лемешева благодарно улыбнулась, посмотрела на свою перевязанную руку, и улыбка сползла с ее лица.

— А что с рукой-то? - Костя закинул собственные руки за голову. - Впрочем, какая мне разница?

От флинта на него плеснуло чем-то неприятно-болезненным, и он недовольно сморщился. Прихлопала шлепанцами тощая, грохнула на стол кружку, полную горячего кофе, рядом положила печенюшку.

— Много еще?

— Шесть позиций и ценники.

— Позовешь меня, я утащу и витрину выложу.

— Да я сама...

— Ага, а спина у тебя прошла что ли?..

— Танька! - негодующе закричал из зала товароведческий голос. - Полный зал людей, ты там где?

— Да, - из коридора вдруг выкачнулась плотная мужская фигура и одной рукой обхватила тощую за плечи, ладонь другой возложив на ее зад, - ты там где, Танька? У-у-у!

Прибывший сунулся лицом ей в шею, и Таня отпихнула его, ловко вывернувшись - чувствовалась большая практика в подобных действиях.

— Что ты лезешь, я Марату скажу!

— И че, - захихикал тот, привалившись к косяку, - че твой укурок сделает?! Он же понимает - выставят тебя, так и планчик не на что будет купить!

— Сейчас, между прочим, директор прикатит!

— Ой, напугала!

Таня убежала, напоследок бросив в глубь кабинета какой-то жалобный взгляд. Человек продолжал стоять, привалившись к косяку, и тупо моргать мутными глазами. На вид ему было лет двадцать семь, внешне он был похож на Влада, только более строен и не так прыщав. Его блестящая куртка с меховым воротником сбилась на сторону, и небритое лицо тоже, казалось, сбилось на сторону, исказившись в диагональной ухмылке. Гладкий череп нарядно блестел под кабинетной лампой. Костя не мог ощущать запахов, но почти осязал исходящий от лысого перегар.

— Ты Кирилл или Эдик? - поинтересовался он. - В любом случае вали отсюда, ты мне не нравишься.

Он заметил, как съежился за столом его флинт, не поднимая глаз от бумаг. Казалось, еще чуть-чуть, и Лемешева вовсе нырнет под стол. Эмоции, исходившие от нее, стали нервными, напряженными, словно безмолвный стук зубами.

— Все работа, работа... - промямлил лысый, уткнувшись в косяк щекой. - Даааа...

В коридоре за его плечом возник Руслан с выражением радостного предвкушения на лице, которое при виде Кости тотчас сменилось недовольным удивлением.