Книга Кто Там, на моем плече?, страница 346 – Мария Барышева

Теперь уже Георгий едва успел словить сиганувшего было из кресла ученика, воспринявшего последнюю фразу, как глубочайшее оскорбление.

— Угомонись! Нас и так уже из двух магазинов выгнали!

— Посылать меня в секонд?! - рычал Костя, выворачиваясь из цепкой хватки наставника. - Меня?!

Но тут Георгий отпустил его так резко, что Костя чуть не кувыркнулся на пол. Денисов сердито развернулся и обнаружил, что наставник уже не сидит в кресле, а стоит чуть поодаль, привольно облокотившись на раму зеркала и глядя на медленно подходящего к нему Костиного флинта, свободной рукой безуспешно приглаживая свои вечно взъерошенные волосы.

— Ох ты ж, якась мамзеля! - Георгий причмокнул. - С такой бы под гармошку... Сынок, только не говори опять, что она похожа на...

— Не скажу, - Костя скрестил руки на груди, придирчиво разглядывая Аню, которая, остановившись, провела ладонями по бедрам, разглаживая и без того безупречно сидящее приталенное платье простого покроя с в меру короткой юбкой. Густо-черный цвет оживляла цветущая ветка, косо шедшая по подолу, и лепестки персикового оттенка были здесь очень к месту, так что Аня не выглядела в этом платье бледно или мрачно. Не слишком глубокий вырез чуть-чуть, игриво приоткрывал сливочные полушария грудей, и когда Аня, сдвинув брови, попробовала подтянуть его вверх, Костя шлепнул ее по запястью.

— Да нормально там все! Ну, это ж совсем другое дело! - он насмешливо покосился на умиляющегося Георгия. - Под гармошку?

— Уж это не сравнить с тем скрежетом, который каждый день заставляет меня слушать мой потомок! - огрызнулся наставник. - Гармошка - это душевно. Эх, помню, я как-то с одной...

— А помню я как-то с тремя...

— Тьфу! - разозлился Георгий. - Вот любишь ты... наковальней по романтике! Мне нравится это платье!

— Настораживает.

— Мне нравится оно на ней, болван! Идет девочке... А вообще, не так уж это и неинтересно, давай еще что-нибудь померяем.

— Настораживает-два, - фыркнул Костя и, увернувшись от фельдшерской длани, приобнял своего флинта за плечи. - Аня, хорошо!

— Не знаю... - с сомнением произнесла та и, изогнувшись, заглянула себе за спину.

— Я говорю, хорошо! Ты выглядишь, как...

— Сейчас опять что-нибудь брякнет, - доверительно сообщил Георгий хранительницам и выжидающе склонил голову набок. - Или нет? Похоже, у малого закончились романтические метафоры.

— Еще есть такая моделька в желтом цвете! - провозгласила продавщица.

— Спугнешь! - Костя опрометчиво махнул на нее рукой, и хранительница, немедленно расценив этот жест, как угрозу, налетела на него. Денисов, не желая вести серьезных боевых действий, юркнул в первый же подвернувшийся одежный ряд, и вторая хранительница истерически взвизгнула от дверей:

— Осторожней! Это новая коллекция!

Георгий устроился в кресле поудобней, одним глазом наблюдая за дракой, а другим за Аней, продолжавшей с сомнением рассматривать себя в зеркало. Костя метался туда-сюда среди брючных моделей, а противница носилась вокруг, изрыгая угрозы и размахивая обломком оконной рамы.

— Мне плевать на твоего флинта! - заверял Костя. - Ты мешаешь мне работать.

— Я тебя убью! - рычала хранительница.

— Уйдите от одежды! - верещала ее подруга.

— А мне-то что делать? - вопрошал Георгий.

Аня тем временем, вручив продавщице ворох не подошедших нарядов, подошла к зеркалу в черных брюках и тонком ажурном свитере светло-голубого цвета с сильно расклешенными рукавами и принялась крутиться, разглядывая себя так и этак.