Книга Кто Там, на моем плече?, страница 338 – Мария Барышева

— Что это значит? - шепнула она и потянула книгу к себе. - Это какой-то намек? Вам мало сделанного?

Она попыталась открыть книгу, но та не поддалась. Аня, сдвинув брови, потянула сильнее, потом уперла творение польского классика корешком в столешницу и наклонилась, вглядываясь в аккуратные срезы страниц.

— Как странно... Страницы склеены.

— Я набью ему морду! - пообещал Костя. - Это же жутко ненадежно!

Аня взяла ножницы и, свирепо прикусив губу, принялась ковыряться в книге. Костя наблюдал за тем, как придерживает том ее левая рука. Теперь он видел ее совершенно иначе, и все действия пальцев воспринимались по-другому.

Аня снова дернула книгу, и та вдруг поддалась с неожиданной легкостью и, распахнувшись, извергла на стол десятки сто и пятидесятидолларовых купюр. Аня с возгласом изумления вскочила, и книга полетела на пол.

— Что ж ты так орешь?! - пожурил ее Костя, склонившись и взглядом пересчитывая купюры. - Это ведь деньги, а не отрубленные пальцы!

— Что это такое?!

— Зелень, детка. Небось, никогда столько не видела?

Аня коснулась стодолларовой бумажки так осторожно, словно та могла в любой момент оттяпать ей руку, и тут ручку двери дернули, и раздался громкий стук, а следом - голос товароведа.

— Анька! Ты чего заперлась?!

Девушка отреагировала суматошно - плюхнулась на стул и сгребла деньги в кучу, почти улегшись на столешницу и сбив при этом мышку, которая весело закачалась на проводке.

— Анька?!

— Да... - Аня зачем-то попыталась было запихнуть деньги под клавиатуру, потом схватилась за пакет и начала сваливать купюры в него. - Сейчас... Я... Мне что-то нехорошо.

— Ты чего - бухала вчера?

Костя резко шагнул к двери и едва-едва успел поймать ладонью уже начавшую просовываться внутрь любопытствующую физиономию хранителя Влада. Выпихнув Гришу обратно в коридор, он шагнул следом, загородив собой дверной проем.

— Что вы там делаете? - спросил тот.

— Ничего. А что?

— Дык... - Гриша указал на нервно топчущегося перед дверью товароведа, - поставщик приехал. Деньги взять надо. Что с твоей такое-то? Голос сам не свой.

— Критические дни.

— И у тебя тоже, что ли? - хранитель сморщился, смешной в своем возмущении. - Чего ты меня за лицо хватаешь?! Я имею право входить. Это ж кабинет рабочий, а не сортир!

Тут дверь отворилась, и в коридор выскочил встрепанный денисовский флинт, глядя въерошенно и прижимая к себе сумочку и пакет. Что-то неразборчиво бормотнув, Аня протиснулась мимо озадаченного Влада и порскнула в туалет, громко хлопнув дверью.

— Я всегда считал, что теток в такие дни вообще нельзя на улицу выпускать, - авторитетно заметил Гриша. - Голову могут тебе снести - и не заметят. Только вот что-то раньше она...

Не дослушав, Костя пошел в сторону туалета и, уже подойдя к двери, обернулся. Гриша, все так же маячивший у кабинета, смотрел в его сторону.

— Хочешь и туда зайти узнать в чем дело? - ядовито спросил Костя.

— Я что - извращенец? - обиделся коллега и, прыгнув на плечо вышедшего Влада, уехал. Костя прошел сквозь дверную створку и прислонился к стене, глядя, как Аня непослушными пальцами пересчитывает деньги.

— Сколько там? - деловито спросил он. - Должно быть десять тысяч. Если этот гад хоть полтинник увел...

— Десять тысяч долларов... - прошептала Аня. - Это же целое состояние!