Онлайн книга «Дарители»
|
— Славно смотрелись, прям голубки! — Ян снял очки, и его светлые глаза глянули на Схимника открыто и зло. — Что она тебе сказала? — Поторговаться хотела, потому как видит, что не уйти ей, — Схимник негромко рассмеялся. — Надо же, поторговаться со мной! Либо она совсем до ручки дошла, либо я сегодня кажусь таким милым и симпатичным. Да она еще и поддатая конкретно. Жаль, нельзя было ее прямо сейчас увести — охрана местная рядом топчется — все-таки, знакомая хозяйки. Наверное, кто-то из них скоро ее домой отвезет, иначе она вырубится прямо здесь. — А вдруг она ментов вызовет? — с опаской предположил Кабан. Ян пожал плечами. — И что? Мы чистые, рожи не кавказские… кроме, вон, Кутузова, документы в порядке. Тем более, всех она не знает, а остальные ее не пропустят… И это все? Чего ж ты так долго с ней топтался? — А почему бы нет? — Схимник ухмыльнулся. — Довольно приятно. — И что она тебе предложила? — Ян вдруг подался вперед. — Деньги? Или себя? — он облизнул губы. — Малютка… как ребенок… чистая кожа… У нее и кожа, наверное, на ощупь, как у ребенка? А? Ах ты, лапочка… ей понравится со мной говорить, уж я знаю, как надо обращаться с детьми… Взгляд Схимника задержался на нем дольше обычного, и на этот раз он был пустым, как никогда. — Да уж, Ян, славная бы из тебя вышла нянька! Ян сдержанно и одобрительно хохотнул, остальные тоже засмеялись, только Дрозд, перед тем, как тоже захохотать, пробормотал: «Больной!» — Где девки-то? — осведомился Схимник и налил себе коньяку, запрокинул голову и комком швырнул его себе в рот. — Скоро вернутся. А твоя ушла. — Жаль, — он поставил рюмку и попытался встать, но рука Яна ударила его по плечу, заставив опуститься обратно на стул. — Куда это ты собрался?! — Туда. Тебе подробно объяснить? — Обойдешься, потерпишь. Уже недолго осталось, — губы Яна сжались в узкую полоску, и он раздраженно потер щеку, на которой уже пробивалась светлая щетина — впервые за много лет он не брился целые сутки. Схимник зло сощурился. — Ты не понял! Я не спрашиваю у тебя разрешения! — Так привыкай! — спокойно сказал Ян. Калмык и Дрозд подвинулись вплотную к ним, и Схимник услышал сквозь музыку, как сзади резко визгнул по полу чей-то отодвинутый стул. — Пойдешь, когда я скажу! То ест зрозумялэ?![13] — Ты еще мне приказывать будешь, зботшинец пердолоны, вадак, цвел! — процедил Схимник сквозь зубы, и глаза Яна выкатились, почти соприкоснувшись со стеклами очков. Выскажи ему Схимник все самые грязные ругательства, какие только существуют в русском языке, — это бы не так его задело, как несколько простейших оскорблений на родном языке. Ни тот, ни другой не стали вставать, все же памятуя, где находятся, а движения их рук оказались неуловимыми, невидимыми, точными и одинаково быстрыми. Калмык молча вскочил, закрывая их и нервно оглядываясь, а Дрозд сжал плечи Схимника, глядя, как из-под ладони Яна, лежавшей на шее Схимника и полностью скрывавшей короткий нож, с какой-то волшебной медлительностью вытекает тонкая струйка крови, исчезая за вырезом его футболки, и как пальцы Схимника сжимают кадык Яна, и тот, оскалившись, судорожно дергает посеревшими губами. Оба застыли, и никто не продолжал незаконченного движения, потому что знал, что другой успеет закончить его одновременно с ним. |