Онлайн книга «Дарители»
|
— Что ты собираешься делать? — Не знаю… пока не знаю. Иди. Как только Наташа вышла из комнаты, Вита набрала номер Ларисы, и через несколько секунд ее захлестнуло еще большее отчаяние. — Сидят, — сказала Лариса где-то вдалеке. — И уходить, вроде, не собираются, заказали много. К ним еще мужик какой-то подсел… минут десять назад. — Что за мужик? — Ну, как… ну мужик в полном смысле этого слова, понимаешь меня? — в трубке раздался смешок. — Хорош экземплярчик! Я бы от такого не отказалась, хоть сейчас в… — Перстень у него есть? — Ты думаешь, я отсюда вижу?! Блестит что-то… подожди, я спущусь, — на несколько минут в трубке ничего не было слышно кроме грохота музыки, потом Лариса сказала: — Есть… что-то типа индейской пирамиды. Хороших денег, по-моему, стоит, а так по прикиду не скажешь, что крутой. Тоже твой знакомый? Одолжишь? — Черт, еще лучше! — выдохнула Вита. — Его-то откуда принесло?! Ларис, я перезвоню, ладно? Она бросила телефон в сумку, и в этот момент в комнату вошла Наташа, чей внешний вид после уборки пришел в еще больший беспорядок. Она бросила взгляд на диван, передернула плечами, потом перевела глаза на Виту, и неприкрытое глухое отчаяние на ее лице на мгновение заставило Наташу забыть о том, что произошло. — Ты что?! — Одевайся, — хрипло сказала Вита и тоже посмотрела на диван — с каким-то странным страхом, потом начала яростно тереть лоб ладонями. — Умывайся, причесывайся и одевайся — линять надо! Наташа поспешно сбросила мокрый грязный халат и начала натягивать одежду. — Кто-то из них здесь, да? — спросила она, не глядя на Виту. — В городе? Кто? — Все, кто был тогда в Ростове. Они в заведении Карины сидят. — Карины?! Как же так?! Ты ведь сказала — никто не знает про нее! Как они нашли, да еще и так быстро?! — Не знаю! — Вита запустила пальцы в свои короткие волосы. — Не понимаю! Ничего не понимаю! Этого быть не может! Поживее, Наташ. Если они знают про Карину, то могут знать и про эту квартиру. Вряд ли они зашли в «Две ящерки» случайно. — Я пойду к ним, — решительно сказала Наташа. — Я пойду, а ты уезжай. Хватит! — А ты думаешь — это что-то изменит? — Вита подняла на нее глаза, и Наташа увидела в них животный страх. — Думаешь, ты этим кого-то спасешь? Поздно уже — все одной веревочкой повязаны. Потянут за тебя — все равно всех вытащат. — Что же делать? — То же, что и обычно — бежать. В машине они не разговаривали. Вита о чем-то напряженно думала, Наташа, прижимая к себе пакет с картиной, смотрела назад, пытаясь понять, за какими именно из летящих следом огней фар скрывается опасность. Она чувствовала себя очень странно — испуганной и в то же время довольной, и раздраженной, и равнодушной, и возбужденной, и злой, и презирающей, и… Она чувствовала себя многими. — Только не сейчас, — пробормотала она глухо. — Не сейчас… Вита услышала ее слова, но ничего не сказала, даже не повернула головы. Ей было не до этого. Когда машина остановилась возле автовокзала, Наташа удивленно спросила: — Почему сюда? Разве мы поедем на автобусе? — Ты поедешь, — сказала Вита, открывая дверцу. — Выходи. — Подожди, а ты? — Я на машине. Порознь поедем — так лучше. Пойдем. В здании Вита почти силой затолкала ее в женский туалет, приказав никуда не выходить, а сама побежала к кассам, и, дожидаясь ее, Наташа стояла перед зеркалом и расчесывала волосы, на проборе уже снова нежно засеребрившиеся сединой. Все двигалось по кругу — снова и снова закрашивать седину, снова и снова убегать, снова и снова бояться, и ненавидеть, и желать смерти, и воевать с собой, и сознавать собственное бессилие, и жаждать… жаждать… Она смотрела в собственные глаза — два входа в глубочайшую пещеру, в которой таилось что-то жуткое и необычайно привлекательное, и постепенно начала забывать, где находится, и мысли и желания скользили сквозь ее мозг — все более странные, все более чужие… |