Книга Искусство рисовать с натуры, страница 75 – Мария Барышева

Наташа оперлась на перила и смотрела на разгорающееся утренним огнем небо — смотрела испуганно и растерянно, словно Ассоль, забывшая, какого цвета паруса должны привести к ней давно ожидаемое счастье.

* * *

Утро на базарной площади всегда начиналось одинаково, и Наташа за пять лет изучила все, что составляло этот распорядок. Она появлялась на территории площади без пятнадцати восемь. К этому моменту ворота железного забора были уже отперты, вчерашний мусор изгнан вездесущими дворницкими метлами, оставившими после себя долгооседающие пыльные облака, подъезжали машины и продавцы начинали выкладывать свой товар на железные прилавки, на газеты, на столики и просто на асфальт. Базарная площадь была особым маленьким государством со своими законами, со своими тиранами и стражниками — налоговой полицией, санэпиднадзором, и пожарниками — теми, кто обильно пожинает штрафы на ошибках и недосмотрах, порой применяя самые изощренные методы для создания этих ошибок и недосмотров. Государство делилось на города — ряды: город ларьков и павильончиков, окружавших площадь плотной стеной; город рядов с продуктами пищевой промышленности — от муки до бульонных кубиков и печенья, город овощей и фруктов, город одежды, кассет и косметики, стиральных порошков и канцелярских товаров, деревня лотков с сигаретами, спичками и семечками и деревенька, где торговали укропом, петрушкой и прочей зеленью. Чуть в стороне располагались вовсе уж крошечные поселки, где безприлавочные летом торговали продуктами садов и огородов — ряды ведер, ящиков и газет с овощами и фруктами. Столицей рынка был небольшой город из трех павильонов, где располагалась рыночная администрация. Рынок был государством неспокойным, смутным, крикливым, постоянно готовым к войне и пребывавшим в состоянии ежеминутной слежки за покупателями — чуть появится кто-то, похожий на налогового инспектора, и по городам спешно разнесутся тревожные вести.

К своему павильону Наташа всегда ходила одним и тем же маршрутом, и все вехи этого маршрута знала наизусть.

— Привет! — Кристина — хлебно-шоколадно-пивной ларек, три-пять рублей в день (сравни, Наташа, со своими двадцатью и возрадуйся), больные почки, двое детей-оболтусов, разведена, часто бегает стрелять сигареты.

— О, Наташка, морнинг! Как твое ничего?! — Вадик, реализатор растительного масла, заработок колеблется от четырех до семи рублей в день, пристает ко всем продавщицам моложе сорока пяти, раньше работал на радиозаводе.

— Привет! А че мы такие кислые? А ну улыбочку, улыбочку! — Женька, шофер, привез товар в колбасный павильон, бывший милиционер.

Четыре широкие улыбки, приветливые кивки — корейская семья никогда не здоровается вслух. Перед ними гора ароматных желтых дынь. Сколько они получают в день, не знает никто.

— Привет! Есть сигарета? — Катька, укроп-петрушка, в день едва дотягивает до трех-четырех рублей и покупателей иногда просто не замечает, погруженная в книжки, — первый курс бухучета, скоро установочная сессия.

— Наташка, че опаздываешь?! Ты прикинь, жильцы мои вчера съехали и гладильную доску сперли! Где их искать теперь, хрен… — тетя Аня, исключение из правила — чем толще, тем добрее. Огурцы-помидоры-кабачки-лук-картошка. Каждый месяц сдает квартиру новым жильцам, и каждый месяц те съезжают, прихватывая на память что-нибудь из вещей.