Книга Искусство рисовать с натуры, страница 123 – Мария Барышева

Наташа покачала головой, пробежала глазами несколько строчек, содержавшие ничего не значащие сведения, и нетерпеливо скользнула к следующему дню. Слова, выведенные рукой человека, которого уже нет в живых, затягивали ее, и порой Наташе казалось, что она не читает, а слушает неторопливый, хорошо поставленный голос подруги, которая находится где-то здесь, в комнате и с горечью рассказывает Наташе о том, что привело ее к гибели. Плохо было то, что много, очень много было вырвано страниц, как будто Надя знала о том, что ее дневник попадет в Наташины руки и позаботилась убрать особо неприглядные записи.

…очень сильно беспокоит меня. То говорит, что больше слышать не хочет о дороге, а теперь звонит и просит, чтобы я рассказывала ей все, что узнала. Ее голос по телефону звучал очень странно, словно она чего-то боится и в то же время ей это нравится. Нужно выбрать время, чтобы зайти и поговорить — я уже достаточно давно у нее не была. Еще меня удивляет то, что она мне позвонила — последний раз Наташа звонила мне очень давно — привыкла, что всегда звоню и захожу я, поэтому не берет на себя труд отдавать визиты и звонки. Иногда меня это очень сильно задевает, но вряд ли она делает… вернее, не делает этого специально, просто она слишком занята.

Я настолько загружена работой, что уже давно к ней не заходила и сейчас не встречаюсь с Пашей. Если говорить откровенно, надоел он мне уже до смерти. Чувствую, пора уже закрывать лавочку. И что бы там не говорил Дмитрий Алексеевич о дурной наследственности, по-моему, все это глупости — Наташе нужно рисовать, она возвращается к этому, и я об этом позабочусь.

Странно, но Дмитрий Алексеевич неожиданно попросил меня прекратить встречаться с Пашей. Сказал, что Наташа стала слишком несчастной, догадывается, что муж ей изменяет, а из-за этого срывает злость на родственниках. Я пообещала выполнить его просьбу. Мне было очень неприятно обманывать Дмитрия Алексеевича, но я не собираюсь заканчивать все вот так. У меня для этой семейки свой сценарий и я разыграю его так, как задумала.

Простите меня, Дмитрий Алексеевич.

Дорога занимает мои мысли все больше и больше, иногда мне кажется, что это превращается в паранойю. Я усиленно наблюдаю за ней, но пока ничего странного не замечала. Машины ломаются часто, но это все. Никаких аварий как с начала года нет, так и не было. Исключение — этот странный случай с упавшим столбом и пятном крови. Ну, кровь Наташка, скорее всего, просто проглядела, а вот со столбом сложнее. Я уже говорила Наташке, что это очень похоже на западню. Странно: эти испорченные лампочки, провода, вывернутый пласт асфальта… очень странно. Западня… звучит глупо. Наверное, меня натолкнул на это Наташкин рассказ о том, как ее чуть не задавил грузовик возле этой дороги, когда она была совсем маленькой.

Я проверила, какого характера несчастные случаи происходили на дороге. Сделать это было очень сложно и временной промежуток, который мне удалось открыть — 27 лет. Аварии и сломавшиеся машины — единственные неприятности на этой дороге. И столбы на ней никогда не падали.

Звучит конечно смешно, но складывается впечатление, будто до Наташки пытались добраться любыми средствами — как только она оказывалась в пределах досягаемости. В детстве это был грузовик, но сейчас под рукой не оказалось ни одной машины, поэтому использовали столб. За все пять лет, что Наташка живет в этом районе, она на дорогу не ходила ни разу — я тщательно ее расспросила. Только в детстве — грузовик. Вышла ночью — впервые — столб. Совпадение? Не верю я в совпадения. И к тому же ее случай пока единственный в этом году.