Книга Последствия больших разговоров, страница 252 – Мария Барышева

— Дурацкое предложение! - Оружейник отмахнулся. - И куда мы поедем, хотелось бы знать?! В следующий город? А он спокойненько приедет в Шаю, изымет свою вещицу и отправит ее туда. Или соорудит новую! Да еще и дружков своих на нас натравит! Нет, единственно верный выход - это найти Лжеца и грохнуть!

— И как ты себе это представляешь? - поинтересовался Полиглот.

— Пока никак. А может, вон его нанять? - он ткнул пальцем в сторону напрягшегося Вадика. - Он хитрый, коварный, продажный, еще и нечисть, а они ж теперь для Лжеца вроде как союзники. Он сможет к нему подобраться.

— За комплименты спасибо, - отозвался журналист, - но нет, ни за что и никогда.

— Очень много денег, - пообещал Оружейник.

— Нет, - отрезал Вадик. - Может, тебя это и удивит, но у моей жадности есть разумные пределы. И жить мне охота не меньше твоего! В связи с этим у меня вопрос - что мне теперь делать?

— Пока останешься здесь, - сказал Олег Георгиевич, и все посмотрели на него удивленно.

— Что?! - вознегодовал Степан Иванович. - Да на кой...

— Здесь! - с нажимом повторил Ейщаров и неторопливо пошел через вестибюль к двери. - На пару часов, пока... Короче, глаз с него не спускайте. Пусть сидит в вестибюле.

— А что, я не против, - чуть повеселел журналист, недвусмысленно поглядев на стоявшую неподалеку Катюшу, которую, похоже, единственную из всех это решение тоже не огорчило. Выражение лица Паши было нейтральным, прочие же подняли неодобрительный гул, а Михаил поднялся.

— На пару часов? Что это значит? Что ты собираешься делать?

— Кое-что, - сообщил Ейщаров, останавливаясь перед дверью. Эша тоже вскочила, ощутив, что ее тревога, зародившаяся еще по дороге в больницу, вдруг возросла стократ. - Когда я вернусь, мы...

— Нет, когда мы вернемся! - перебил его Оружейник. - Ты думаешь, тебе позволят одному разгуливать по городу? Этого не будет! Так, народ, собирайтесь! Макс, Марк, кто тут посвежее...

— Никто не пойдет со мной, - ровно сказал Олег Георгиевич и повернулся. Его глаза налились сизым пламенем, лицо странно подергивалось. - Нет никакого смысла в том, чтобы идти со мной. Вы останетесь здесь. Все останетесь. Отдохнете, выспитесь, а в город вы сегодня не пойдете. Там нечего делать. Абсолютно нечего. Глупо идти сегодня в город.

— Ол-лег, - растянутым голосом произнес Оружейник, - опускаясь обратно в кресло, - Ол-лег, что...

— Охота повоевать? - Ейщаров покачнулся и привалился к косяку. - Зачем? Ради чего? О себе надо думать! Хватит. Пусть сами разбираются, вас это не касается. Нужно быть здесь. Только здесь.

Конечно же, он был прав. Шталь не сомневалась в этом, с облегчением усаживаясь обратно на ступеньку, с которой только что так бодро вскочила. Удивляло только то, что она раньше этого не поняла. Опасные вещи не здесь, они далеко от офиса, к чему лезть к ним снова? Она устала. И она - не воин, в конце концов! Она вообще уборщица. Куда бы там ни собрался Ейщаров - это его личное дело, а она...

Куда он идет?

Что происходит?

— Но мы должны... - вяло пробормотал Марк, откидываясь на спинку дивана. - Нельзя... ходить одному нельзя...

— Вам нельзя, мне можно, - теперь голос Ейщарова стал откровенно надменным и насмешливым. - И я пойду один. А зачем вам со мной ходить? Вы что думаете - я иду решать все эти проблемы? Пусть все идет своим ходом. Мне все равно, - он прижал левую ладонь к лицу, а другой рукой схватился за косяк, и Шталь сквозь стремительно растущее бешенство увидела на его указательном пальце перстень с огромным густо-вишневым камнем, в блеске которого было что-то живое, но не кажущееся угрожающим. Вряд ли это просто перстень - это наверняка особый перстень. Какие еще ценности он забрал - что еще, созданное другими, себе присвоил?! Она ведь говорила тогда Севе, она ведь знала, что все это затевалось исключительно ради выгоды! Ейщаров просто бизнесмен - ничего больше, и теперь, когда все стало слишком серьезно, он попросту сбежит. Конечно, он уже получил все, что ему было нужно, использовал всех этих людей, выжал их досуха!