Книга Последствия больших разговоров, страница 223 – Мария Барышева

— Руль! - пискнул Паша. - Держи руль!

— Ах, да, - Вадик осторожно приподнял руки и ухватился за руль, по-прежнему удерживая голову ниже дорожного обзора. - Но там стреляют!

— Разве они серебряными пулями стреляют? - младший Футболист, несмотря на весь ужас ситуации, удивился.

— Какая разница - горячий металл!.. - Вадик осекся и почти минуту ехал молча. О том, что еще ничего не закончилось, Паша, старательно державший глаза закрытыми и пытавшийся сосредоточиться на важном деле, мог судить только по дерганью машины, учащавшимся позади выстрелами и сбитому, испуганному дыханию журналиста. Совет помогал - головная боль медленно, но верно отступала.

— А их тут много, - с некоей обреченной деловитостью заметил Вадик и вдруг потрясенно ахнул. Не выдержав, Паша вскинул голову, но журналист смотрел не по сторонам и не в лобовое стекло - вновь позабыв о руле, да и, похоже, о могущих его узнать сородичах, Вадик, сбив шляпу на затылок, смотрел куда-то назад, и в полумраке было видно, как поблескивают зубы в его приоткрытом от изумления рте. Младший Футболист обернулся - пара фар, горевших ближе всего к удирающему "шевроле", медленно и как-то величаво возносилась в воздух.

Он точно знал - Костя-Шофер много о чем мог договориться с машинами, но ни одна из них не умела летать. Эта же летела - она действительно летела, но не за ними, а куда-то вверх, и пока Паша, позабыв о тумане, темных фигурах, боли и перспективе быть съеденным, смотрел на нее во все глаза, накрепко вцепившись в обивку диванчика, передний бампер возносящейся машины окончательно задрался к осенним звездам. Потом она крутанулась вокруг своей оси, точно гигантское веретено - и еще раз, и еще раз. Вращение стало стремительным, но уносящийся "шевроле", хоть и неуправляемый, но неостановленный, быстро увеличил расстояние, и детали смазались. Паша мог видеть только дергающиеся лучи фар, да силуэт машины, кружившейся уже метрах в пяти над землей, точно попавшей в эпицентр торнадо. И тут поймавший автомобиль воздушный вихрь вспыхнул ослепительным пламенем, протянувшимся до самого асфальта, и машина мгновенно пропала в нем. Несколько секунд над шоссе полыхал самый потрясающий костер, который Паша видел в своей жизни, а потом что-то грохнуло, огненный вихрь, сломавшись, рухнул влево, разбился о сосны и осыпался вниз. "Шевроле" мотнулся за поворот, и все пропало.

Преследователи пропали тоже.

Пропали и темные фигуры, обступившие дорогу, боль и страх исчезли в один миг, и Паша, повернувшись, увидел, как с шоссе торопливо, испуганно уползают молочно-белые туманные клочья. Вадик уже снова держал руль и пытался одновременно смотреть и вперед и назад.

— Ну ничего себе! - возопил он. - Ничего себе! Вот это да!.. Это не мы.

— И не мы, - прошептал Паша.

— А тогда кто?

— Я не знаю, - ошарашенно ответил младший Футболист. Вадик, передернув плечами, протянул руку и с неожиданной деликатностью поправил на сиденье тело бывшей Часовщицы. И тут Паша, не выдержав, наконец-то разревелся, уткнувшись лицом в спинку водительского кресла.

— Почти приехали, - сказали из-за руля испуганно-успокаивающе. - Ты... ну...

— Зачем мы поехали?! Валера, тетя Юля... Лучше б мы никуда не ехали! Что я теперь им всем скажу?!

— А какой с тебя спрос? - Вадик сдвинул шляпу на левое ухо. - Ты мальчишка. Слушай... ты это... не говори, что я пуль боюсь, ладно?