Книга Последствия больших разговоров, страница 208 – Мария Барышева

Но "самурай" невозмутимо пошел на седьмой круг, и Шталь, которую уже начало подташнивать, внезапно подумала, что, вероятно, машина лучше нее знает, что делать. Возможно, она просто выискивала подходящее место.

Шталевские догадки оказались верными - "самурай" вдруг, не сбросив скорости, резко развернулся и на длинной широкой дуге порхнул прямо в одно из окон. Эша, зажмурившись в который раз, скорчилась, пряча голову и накрепко держа руль и статую. Раздался страшный дребезг, и на мгновение Эша почувствовала, что оказалась в пустоте. Потом что-то двинуло ее по затылку, плашмя ударило по спине, в следующее мгновение колеса машины обо что-то ударились, и внезапно все прекратилось. Движение все еще ощущалось, но теперь было каким-то иным и невероятно медленным, кроме того "самурай" находился в странно наклонном положении и, почему-то, не падал, зато саму Шталь неумолимо тянуло куда-то вбок и вниз. Эша решилась приоткрыть глаза и обнаружила, что "самурай" косо стоит на лестнице эскалатора, упершись правыми колесами в бортик, и невозмутимо едет вверх, как и полагается добропорядочному посетителю магазина.

Кажется теперь, наконец-то, можно было немного полежать в обмороке.

* * *

— И все-таки это... как-то низко, тебе не кажется? - прошептала бывшая Часовщица, дымя в приоткрытое окошко. Ковровед, умостивший широкие ладони на руле, покосился на нее с откровенным раздражением.

— Юля, мы уже обговорили это много раз. Это разумное решение. Не забывай, кстати, что тебя-то в Шаю привезли насильно!..

— Я предпочитаю об этом не помнить! - Фиалко вполоборота взглянула на младшего Футболиста, который дремал, привалившись к подлокотнику, и его очки сползли на кончик носа. - Просто, мне неприятно так поступать с людьми... Я привыкла к ним. Они доверяли мне...

— Солнышко, я не хочу показаться грубым, но тебе никто там не доверял. Таким, как ты, у них полного доверия никогда не будет - ни к тебе, ни к Гришке, ни к Лиманской, ни к Скульптору, ни к Байеру, ни к прочим! Даже несмотря на то, что ты больше не Говорящая. Реабилитация ничего не меняет в твоем положении, хотя и сам Ейщаров, и Мишка, и Славка, и остальные в свое время тоже немало покуролесили. Юля, перестань. Мы правильно поступили, что уехали. Они зря цепляются за этот город. Они погубят себя понапрасну.

— Меня только в ваше сообщество не включайте, - пробормотал Паша, не открывая глаз. - Если б родители были в городе, я никогда никуда бы не поехал.

— Ты хочешь сказать, что мы...

— Ничего я не хочу сказать, - младший Футболист поежился, плотнее прижимаясь к подлокотнику и натягивая на уши свою яркую шерстяную шапочку. - Я благодарен вам, что взяли с собой. Но мне неприятно слушать такое о людях, которых я уважаю.

Ковровед хмыкнул, давая понять, что не воспринимает всерьез рассуждения десятилетнего мальчишки. Юля выбросила сигарету и подняла стекло.

— Ты уверен, что нам удастся проехать пост?

— Почему нет? Сейчас основная проблема - это супермаркет, к тому же, мы свои, чего нас останавливать? Мы едем по важному делу, а связаться с Олегом они сейчас вряд ли смогут. Юля, нас спокойно выпустили из офиса, никакой погони за нами нет, Шталь в гараже, телефон там не берет...

— Туда уже могла прийти охрана! Она им первым делом все расскажет, и они свяжутся с постом...