Книга Говорящие с..., страница 97 – Мария Барышева

— Не понимаю, зачем ты просила свести тебя с ювелирами? - задумчиво пробормотала Соня, и ее мягкий взор стал еще мягче, а в изгибе губ теперь чувствовалась удрученность. - Тебе не ювелиры нужны, Шталь. Тебе нужны психиатры. Штук пять.

— Иди к розетке! - свирепо сказала Эша, начиная терять терпение. Соня философски пожала плечами и направилась к ближайшей розетке с видом христианской мученицы, идущей на казнь. Потянувшись, сердито выдернула вилку телевизора из розетки, уронила, тут же подняла и снова воткнула в розетку. Задумчиво посмотрела на свою ладонь.

— Феномен и впрямь интересен! - Эша перевернулась и повалилась на груду бумаг, умостив голову на толстой книге об основах магии. - Продолжай в том же духе.

Но Соню уже не нужно было упрашивать. Она снова ухватилась за штепсель, а потом забегала по квартире, включая и выключая все, что было возможно. Она даже выключила пробки, на мгновение погрузив квартиру в темную тишину, после чего вновь включила свет, вернулась в гостиную и с облегчением сказала:

— Ой, похоже перестало! Слава богу, а я уж думала - может, меня сглазили?!

— Надень-ка бусики, - Эша забросила ногу на ногу, и в этом движении было явное удовлетворение. Соня удивленно посмотрела на ожерелье и возмущенно - на Эшу.

— Шталь, это дурость!

— А то, что тебя бьет током с утра до вечера - не дурость?!

— Ладно, - Соня схватила ожерелье и застегнула его на шее, - вот! Пожалуйста! - она потянулась к ближайшему выключателю. - Эша, кораллы не...

Ойкнув, Соня отдернула руку и принялась торопливо растирать ладонь. Обида на ее лице казалась почти комичной.

— Давно они у тебя? - азартно спросила Эша, садясь.

— Года полтора, - подружка сняла ожерелье и держа его за одну из застежек, недоуменно смотрела, как оно тихонько покачивается в воздухе. Красивое ожерелье. Совершенно безобидное.

— А вот это плохо, - грустно заметила Шталь. - Значит, что бы с ними не случилось, это случилось совсем недавно. А раньше, значит, это были примерные бусики. Ты их не обижала? Хорошо с ними обращалась?

— Зря я не верила тому, что любой человек, пожив в Москве, становится совершенно ненормальным!

— Как я уже успела предположить, ни изготовители, ни магазины... скорее всего они тут не при чем, - продолжила Эша, игнорируя высказывание. - Тогда кто? Соня, скажи, ты в последнее время ни с кем не ссорилась? Может, крепко обидела кого-нибудь? Может, тебе кто-нибудь завидует, ненавидит... Враги есть у тебя?

— Боже мой! - искренне ужаснулась Соня, и ожерелье, выскользнув из ее пальцев, шлепнулось на столик. - Ты думаешь, какая-то падла наложила на мое ожерелье проклятие?!

— Ну, с определенной точки зрения, наверное, можно и так сказать, - Эша потянулась за телефоном. - Выйди, мне надо позвонить.

— Между прочим, это моя квартира, - напомнила Соня, глядя мимо нее странным взглядом, в котором смешались непонимание и негодование.

— Да, именно поэтому я и прошу тебя так вежливо.

Соня обозвала ее "хамкой" и с достоинством удалилась на кухню, забрав с собой ожерелье и держа его так, как держат за хвост дохлую крысу. Эша, вздохнув, вызвала номер нанимателя, подгребла поближе бумаги, и, едва Ейщаров ответил, сказала официальным голосом:

— Докладывает агент Скалли.

— Премии лишу, - немедленно отреагировал Олег Георгиевич.