Книга Говорящие с..., страница 495 – Мария Барышева

Появление орды не заставило себя ждать. Покинув десятую комнату, шествие свернуло в извилистый широкий коридор с золотисто-пурпурными стенами, и почти сразу же из-за ближайшего поворота долетели громкий нестройный топот и заплетающаяся ругань. Шталь вжалась в стену, замахнувшись канделябром, и ее пальцы так сжались на руке шедшей рядом женщины, что та взвыла.

— Всем к стене! Рук не отпускать! - рявкнул Михаил и ободряюще подмигнул Эше. - Спокойно, я в нашей команде лучший нападающий!

— Нападающий на кого?! - пискнула Шталь, но водитель, не ответив, совершил мощный рывок к коридорному повороту и снял сразу двоих выскочивших из-за него мужчин, которые улетели прочь, словно футбольные мячи, по пути сшибив еще кого-то из своих. Михаил скрылся за поворотом, и оттуда тотчас же раздался дикий грохот, словно в коридоре неожиданным образом появилось несколько разъяренных носорогов, носящихся взад-вперед и крушащих все на своем пути. Оставшиеся потерявшиеся заинтересованно вытянули шеи, а пожилой мужчина и двое недавних противников даже подались к повороту, разжимая пальцы и выражением лиц напоминая малышей, завидевших песочницу.

— Всем стоять на месте! - одернула их Эша и на всякий случай показала канделябр. - Держитесь за руки!

Ослушники зароптали, но подчинились. Вскоре за поворотом стихло, и оттуда вышел Михаил, держа за шиворот малолетнее дите неопределенного пола, грязное до невозможности. Дите ревело и размахивало руками.

— Она меня укусила, - пояснил Михаил негодующему взгляду Шталь, встряхнул дите, и то, наконец, замолчало, мелко суча ногами. Водитель сунул его к остальным, после чего потерявшиеся, спотыкаясь и старательно держась за руки, преодолели поворот и снова остановились, глядя на десяток бесчувственных и стонущих тел, разбросанных по полу в художественном беспорядке. Поверх ног одного из мужских тел лежала резная деревянная дверь, выдранная из косяка вместе с петлями. Ноги слабо дрыгались, отчего дверь качалась из стороны в сторону. Эша обозрела картину побоища со злорадным восторгом и поинтересовалась:

— Дверь-то зачем сломал?

— А нечаянно, - объяснил Михаил и подмигнул сначала Шталь, потом потолку. - Но я извинился. Ты канделябр-то вниз свечами опусти, что ты с ним ходишь торжественно, как Бэрримор?

— Они же все без сознания, - Эша, проигнорировав насмешку, осторожно толкнула босой ногой ближайшее тело. - И что нам их теперь - волоком тащить?

Водитель, сделав небрежно-успокаивающий жест, снова перехватил командование, и под его руководством маленький отряд, соблюдая все предосторожности, надергал штор из ближайших комнат, прихватив, также, пару простыней. Михаил невежливыми хлопками, щипками и встряхиванием привел каждого из поверженных в относительное чувство и связал их друг с другом, после чего процессия приобрела вид невольничьего каравана, сопровождаемого Дионисовой свитой. Несвязанные держались за руки, поглядывая друг на друга с подозрением и, почему-то, смущенно, похмельного человека из парадного зала отчаянно мотало от стороны к стене, и замыкавшая шествие Шталь с канделябром в руке криво улыбалась, думая, что со стороны это зрелище выглядит довольно дико. Впрочем, пока было не до смеха. Ни выхода, ни Домовых - только комнаты, коридоры и лестницы, бесконечно, плавно и незаметно перетекающие одна в другую.