Книга Говорящие с..., страница 437 – Мария Барышева

— Я имею в виду, что знаю о твоей поездке и знаю, что через несколько часов ты вновь собираешься уехать, никого не известив - даже меня! Георгич, это глупо! Зачем лично заниматься тем, для чего у тебя есть мы?! К тому же, ты ведь знаешь, что за тобой поехали! Может, они уже здесь, может, еще на подходе, но в любом случае, здесь ты в большей безопасности, чем когда болтаешься за пределами города! Что и кому ты пытаешься доказать?!

Ейщаров подпер голову ладонью и взглянул на водителя с сонным раздражением.

— Почему каждый раз, когда мне выпадает возможность спокойно посидеть в креслице, вваливаешься ты и начинаешь разговаривать?

— Я умнее, чем ты думаешь! - гордо заявил Михаил.

— Ну, поскольку я об этом вообще не думаю, то, наверное, ты прав.

— Я знаю, что ты ищешь Лжеца. Я знаю, что ты делаешь это в одиночку, потому что считаешь его слишком опасным и не хочешь, чтобы он прихлопнул кого-нибудь из нас. Но Олег, во-первых, мы все взрослые люди и прекрасно осознаем, что к чему. Не нужно делать за нас нашу работу. А во-вторых, в одиночку ты можешь только напортить. Да и погибнешь без толку, а без тебя все тут развалится, и тогда уж точно...

— Я не планировал погибать в ближайшее время, - перебил его Олег Георгиевич, переправляя в рюмку новую порцию коньяка.

— Тебе все шуточки! - буркнул Михаил. - А люди ведь тебе поверили. Я тебе поверил. До сих пор все шло хорошо... Георгич, не надо. Поверь, я уважаю, когда человек так переживает за своих и делает все, чтобы их уберечь, но, в конце концов, каждый должен заниматься своим делом. Только тогда и будет толк. Слушай, тебе бы отдохнуть... Выглядишь ты не очень. И реакция у тебя будет не очень...

Не закончив фразы, он дернулся вниз, и бутылка, ударившись о стену над его головой, разлетелась вдребезги, обдав водителя осколками и коньячными брызгами. Шумно выдохнув, Михаил выпрямился, сердито вытер кровь с порезанной щеки, потянул носом и сокрушенно произнес:

— Дагестанский?! Ну ты и беспредельщик! - он обвиняюще ткнул в направлении Ейщарова указательным пальцем. - Вот о чем я тебе и говорил - реакция у тебя не очень, иначе ты попал бы мне в голову!

— Я попал именно туда, куда целился, - сообщил Олег Георгиевич, допивая коньяк. - Мне совершенно некогда искать нового водителя.

— И почему это стоит мне что-то сказать, как в голову мне начинают бросать всякие вещи?!

— Миша, ты только что сам все объяснил, - Ейщаров вытащил еще одну бутылку коньяка, открыл ее, и Михаил осторожно поинтересовался:

— Может, и мне предложишь? - он покосился на мокрое пятно на стене. - Только на этот раз не таким образом.

Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянула Нина Владимировна.

— Олег Георгиевич, что-то разбилось?

— Мое сердце! - задушевно поведал Михаил, снова смахивая кровь с щеки. - Нина, я вас люблю! Выходите за меня!

— Я должна спросить у мужа! - сказала секретарша и хлопнула дверью. Михаил, хихикнув, опустился в кресло и обеими руками подтянул к себе бутылку.

— Олег, что с тобой творится в последнее время? Ты сам не свой.

— Много думаю, - Олег Георгиевич отнял у него бутылку и вместо нее протянул рюмку с коньяком. - Можешь тоже как-нибудь попробовать.

— Не, зачем? - Михаил взял рюмку и улыбнулся ей. - Слушай, а что там со Шталь? Она так и будет кататься сама по себе?