Книга Говорящие с..., страница 30 – Мария Барышева

Через пять минут такси притормозило возле нового большого трехэтажного здания, ощетинившегося спутниковыми антеннами, и Эша, поглядев на него, потом вокруг, удивленно сказала:

— Вы ошиблись, до телецентра еще два квартала.

— Да уж полгода, как здесь он теперь, - сообщил таксист. - Много изменилось в последнее время - глядишь, так и я на свой завод вернусь. Давно не были или не местная? Может, вас провести - у меня там шурин работает.

Эша отрицательно покачала головой, протягивая деньги, в этот момент двигатель старенькой "Волги" надрывно чихнул и заглох. Шталь это совершенно не касалось, открыв дверцу, она вылезла и вдруг замерла, услышав упрашивающее бормотание сзади:

— ...ну, давай девочка, давай, моя хорошая, заводись. Ну что не так? Ну, давай, ты же моя девочка...

Она обернулась, с любопытством глядя на таксиста, который, чуть наклонившись, ворошил ключом в замке зажигания, свободной рукой любовно поглаживая руль, и, не выдержав, произнесла:

— Простите за глупый вопрос... А вы всегда разговариваете со своей машиной?

— А как же? Машина хорошее обращение чувствует... - удивился тот, потом небрежно отмахнулся. - Вы не мужик, вам не понять!

"Девочка", больше тянувшая на "старушку", громко фыркнула и завелась, дребезжа всеми составными частями. Эша захлопнула дверцу, и "волга", вырулив на трассу, исчезла в потоке машин.

— Господи, вокруг меня одни сумасшедшие, - удрученно сказала Шталь самой себе и пошла к входу, возле которого курила знакомая журналистка в компании троих молодых людей, с которыми она отчаянно кокетничала. При виде Эши на ее лице появилась змеиная улыбка, тут же сменившаяся стандартно-приветливой, и Эша поняла, что знакомой откуда-то известно, что пока в Москве у нее не ладится. Непрерывно болтая о шайских переменах, журналистка завела Эшу в вестибюль, где она немедленно нос к носу столкнулась с двумя бывшими коллегами из "Вестника", которые о чем-то спорили с местным оператором. На их лицах тоже появились змеиные улыбки. Шталь мрачно подумала, что способность встречать, кого хочешь, это замечательно, но жаль, что у нее нет полярной способности не встречать тех, кого не надо. Одна из девушек, не ограничившись улыбкой, сочувственно похлопала Эшу по руке и сказала, что все у нее еще впереди.

— И откуда мы есть такие просвещенные? - небрежно осведомилась Эша, поняв, что соврать не удастся.

— Ваша Волчановская, из редакции, звонила нашему по одному вопросу, ну и сообщила заодно. Она ведь знает, откуда ты, а ее боссу не каждый день пепельницей по макушке стучат, - коллега фыркнула. - Ну, ты даешь! Статью раскритиковал или домогался?

— И то, и другое, причем одновременно, - буркнула Эша, мысленно постановив себе по возвращении в Москву убить пионерку Волчановскую каким-нибудь страшным способом. Обернулась к знакомой с целью выложить ей нехитрый предлог для визита, скрывавший под собой нечто иное, но тут в вестибюль вышел мужчина, опознанный Эшей, как изрядно располневший за год главный редактор Бобров, и направился прямо к ней.

— Ба-а, столичные гости! - прогудел он, дохнув кофейно-коньячной смесью. - Рад, рад... Прошу за мной, сударыня Шталь, я вас ждал.

— Меня? - переспросила Эша, и знакомая рядом с ней удивленно раскрыла глаза. Бобров кивнул и, необычайно вежливо приобняв Эшу за плечи, почти насильно повел ее в коридор. Шталь удивилась еще больше. Бобров терпеть не мог сотрудников "Вестника", так же как ее бывший начальник терпеть не мог телевизионщиков, именуя "Шаю-ТВ" "футуристическим кублом". Впрочем, непримиримый антагонизм начальников нисколько не мешал совместному потреблению алкоголя их подчиненным.