Книга Говорящие с..., страница 256 – Мария Барышева

— Через неделю, нет, через пару дней, - затараторила Эша. - Нет, завтра! Почему бы и не завтра, мне понадобится еще какая-нибудь прическа! Ну пожалуйста, пожалуйста! - не выдержав, она схватила Вику за руку, и где-то в глубине души что-то вяло возмутилось - что за новости, Эша Шталь не хватает за руки парикмахерш, не отдает им все свои деньги, не разговаривает таким глупым овечьим голосом и уж точно не лебезит. Где настоящая Эша Шталь, ау!

— У тебя есть еще деньги? - неохотно осведомилась Вика. - Я ведь не работаю бесплатно.

— При себе нет, но будут, я знаю, где взять, мне присылают, переводят... о-о, у меня будет до черта этих денег!

— Ладно, если достанешь деньги, приходи в понедельник, я тебя запишу, - Вика милостиво улыбнулась - улыбка ее была воистину небесной. - А теперь иди, мне надо работать.

Как в полусне Эша покинула парикмахерскую, вяло стуча каблуками и глупо улыбаясь. Очередь проводила ее завистливыми взглядами, но она не заметила ни одного. Прошла несколько метров и привалилась к стене, тупо глядя на покачивающиеся в окошке резные изумрудные листья.

— Что я только что сделала? - пробормотала Шталь.

Ответа не было. Причин тоже. Собственно говоря, и претензий быть не могло. В голове был полнейший разброд, и только одно Эша знала совершенно четко - еще никогда в жизни она не чувствовала себя лучше, и эта заслуга принадлежит чудесной девушке с волшебными руками. Эша вызвала в памяти ее образ - делать это было легко и приятно. Изящно очерченное лицо, обрамленное блестящими каштановыми волосами, мягко, доброжелательно улыбалось, и, мысленно разглядывая его, Эша вдруг ощутила легкую тревогу и еще что-то - что-то важное, но такое расплывчатое и далекое, что было никак не ухватить. Неподалеку раздался звонкий собачий лай, и Эша тряхнула головой, словно это могло помочь мыслям принять более упорядоченную форму. Собаки, собаки...

Любишь меня? Любишь?..

Нет, ничего.

— Ну, как?

Эша обернулась - рядом стояла Викина конкурентка, дымя сигаретой. Ее светлые волосы, аккуратно и хорошо постриженные, золотились на солнце, а глаза смотрели неодобрительно, ехидно и со странной жадностью.

— Что как?

— Ощущения как? Теперь и ты попала к ней в рабство, а?

— Господи, - сказала Шталь с успокаивающе привычным раздражением и прищурилась на табличку, пришпиленную к красивому форменному халатику парикмахерши "Мастер Анастасия Горобенко", - я и забыла, что из меня сию секунду пили жизненные соки. Настя, у тебя паранойя. Пойди, постриги кого-нибудь.

— А я ведь тебя предупреждала, - продолжила Настя, казалось, не слышавшая ни одного ее слова. - Ты как, все деньги ей отдала, или она оставила тебе на проезд? Брось, тут все знают, что она получает в обход, и Лиля знает, но она никогда ее не уволит. Столько клиентов...

— Почему ты со мной разговариваешь? - поинтересовалась Эша, привставая на цыпочки и пытаясь разглядеть, что делается внутри парикмахерской.

— Потому что ты странная.

Шталь повернулась и посмотрела на нее с любопытством.

— Забавно, потому что то же самое я сейчас думаю про тебя. Ты раздаешь эти нелепые предупреждения всем ее клиентам? Знаешь, что - мне кажется, ты всего лишь завистливая неудачница, которая пытается разрушить репутацию блестящего мастера. К тебе клиенты не выстраиваются в очередь, у тебя нет такого заработка, ты никому не нужна. Все довольно банально.