Книга Говорящие с..., страница 234 – Мария Барышева

* * *

Когда телефон зазвонил вновь, Шталь мрачно наблюдала, как пожилая женщина с усилием отволакивает от дерева отчаянно упирающегося апсо. Пес протестующе визжал, брыкался и вырывался и, в конце концов, был взят под мышку и унесен прочь. Только после этого Эша ответила на вызов, постаравшись сделать голос предельно злобным.

— Ну, как там у вас дела? - осведомился наниматель.

— Прелестно! Я обожаю встречать рассвет, сидя на дереве, вся в пуху и муравьях!

— Значит, собак еще не увели?

— От моего дерева только двоих - колли и еще что-то, мне неизвестное. От других деревьев тоже нескольких - в общем, хозяева постепенно подтягиваются.

— Они удивлены?

— Большинство скорее возмущены. Они говорят, что их собаки никогда так себя не вели, и считают, что это мы все устроили! Конечно, можно подумать, у меня сумка набита сырой говядиной, или я размахивала перед их псами парой кошек, или...

— Дворняга с набережной к вам так и не подошла?

— А-а, - оживилась Эша, - вы тоже заметили? Знаете, если это не бешенство, то в собачий корм при производстве могли добавить...

— Эша, вы не против, если я задам вам интимный вопрос?

— Наконец-то!

— У вас сейчас месячные?

Шталь так удивилась, что чуть не свалилась с дерева.

— Вы обалдели?!.. то есть... Это не ваше дело!

— Если ответ отрицательный, то это теперь ваше дело.

— Да даже когда... вы что, думаете, я совсем не... и за мной собаки стадами... вы за кого меня вообще принимаете?!

— Это значит да?

— Это значит нет! - рявкнула Шталь в трубку. - Вы не имеете права задавать мне такие вопросы!..- она осеклась, потом произнесла очень мягким тоном, каким говорят с душевнобольными. - Олег Георгиевич, это собаки.

— Я поражен вашей наблюдательностью.

— Не табуретки. Не цветочные горшки. Не швейные машинки. Это собаки. У нас не было уговора насчет собак. У нас был уговор насчет вещей. И я...

— Ошейники есть на всех?

— На всех, которых мне видно. Ой, Олег Георгиевич, ну это уж слишком! Говорящий с ошейниками?! Кому это надо?!

— Говорящие не выбирают свои способности, во всяком случае, сознательно. Какие это собаки?

— Всякие. Откуда я знаю, я же не кинолог! Ну вот разве что пекинесы, водолаз, болонка, а вот то большое и волосатое...

— Вот именно, - отозвалась трубка так похвально, будто Эша только что сказала нечто чрезвычайно умное.

— На что вы намекаете?

— Вы знаете, как выглядят доберманы, ротвейлеры, стаффордширы, бассеты... короче, всякие гладкошерстные собаки?

— По-вашему, я совсем идиотка?! - вскипела Шталь, на мгновение даже забыв о собаках. - Разумеется, знаю! Здесь таких нет, и... - она огляделась, - вообще-то, здесь действительно нет ни одной гладкошерстной собаки. Интересно, почему?

— Вот и выясните.

— Олег Георгиевич, - осторожно начала Эша, - можно теперь я задам вам интимный вопрос?

— Попробуйте.

— Вы под кайфом?

— Идите работайте! - весело велела трубка и затихла.

— Георгич окончательно сошел с ума! - громко сказала Эша в телефон, убедившись, что он отключен. - Говорящий с ошейниками! А почему не с мешками для пылесосов?! Во всяком случае, было бы больше пользы... Женщина, женщина! - завопила она подбегающей пухлой особе в спортивном костюме, держась одной рукой за ствол и свешиваясь вниз. - Вы пришли за этим лохматым чудовищем?!