Книга Говорящие с..., страница 150 – Мария Барышева

У-у, милый, да тебе тоже нужны специалисты!

— А теперь, с твоей помощью, скоро и они начнут ее ненавидеть?

— Ты смотри! - Макс засмеялся. - Ты что, психиатр, Лера? Сейчас начнешь вкручивать всякие фрейдистские симптомы? Брось, ничего психического - это просто развлечение. Вначале, думал, совпадение... а потом... вот захочу я, чтобы сидящий падал со стула - и он падает. И потом все время падает. Захочу, чтобы в кресле было невозможно сидеть - так и выходит! Я приказываю мебели, ясно?

У-у, милый, да тебе нужно море специалистов.

— Ты тоже падал со стульев, - заметила Шталь. - Реже, но падал.

— Ну, это не всегда можно контролировать, - пояснил Макс. - Думаешь на один стул, а накрывает еще несколько - слишком мощный выход силы. Мебель - она же безмозглая, различий не делает.

— И давно ты так умеешь?

— Несколько лет, - Макс встал и вразвалочку подошел к ней. - Надеюсь, ты понимаешь, что эти сведения тебе никак не использовать. Я ждал тебя, потому что мне было любопытно. Я знал, что рано или поздно ты сюда сунешься. Так кто ты такая?

— Прогульщица твоего брата.

— Да ну, брось, теперь-то зачем? Говори или я разбужу родителей...

— Мне кажется, я слышу еще одно недосказанное "или", о повелитель табуреток, - ехидно произнесла Эша. Лицо Макса дернулось, расколовшись злой гримасой, которая тут же снова превратилась в ухмылку - сладкую, почти медовую.

— Верно. Или мы могли бы договориться, - он положил ладонь ей на живот, и ладонь поехала вверх. - Как ты заметила, здесь полно мебели, на которой мы сможем договориться.

— Я детьми не интересуюсь, - сказала Эша, извлекая гречухинскую ладонь из-под своей майки и одновременно слегка выворачивая ее, так что Макс, охнув, изогнулся следом, оттопырив тощий зад. - А ты, Максик, шел бы спать. Тебе в школу завтра - у тебя ведь, кажется, контрольная по химии. Хочешь - можешь будить маму-папу и рассказывать им что-то особым образом, только тогда и я начну что-то рассказывать. А я это дело умею и люблю, причем давно. Валяй, проверим, кто убедительней! Кстати, а в баре-то зачем? Там тебе кто насолил?

— Пусти руку... - страдальчески прошипел изогнутый Макс. - Какой бар?.. да тебя отсюда...

Эша отпустила его и на всякий случай отскочила назад. Мальчишка разогнулся, нежно растирая запястье и глядя свирепо, потом процедил, вздернув голову и пытаясь сохранить остатки достоинства:

— Когда я завтра вернусь, чтоб тебя тут не было, сука гнусная!

— Да ты даже ругаться не умеешь, - мягко сказала Шталь, щелкая фонариком. - Странно для твоего возраста, Максим. Опрокидывающиеся стулья, подсолнечное масло перед дверью - детский сад просто!

— Масло? - переспросил Макс.

— Ой, ну хватит! - Эша отмахнулась. - Ты не против, если мы с ненавистной тебе мебелью немного побудем наедине?

— Ты пожалеешь! - мелодраматично заявил Макс и быстро вышел из комнаты. Эша, выждав, проследовала за ним и, убедившись, что мальчишка направился прямиком в свою спальню, где и плюхнулся на кровать, вернулась на третий этаж. А рано утром, ощутив потребность посетить уборную, перед дверью своей комнаты Шталь вновь обнаружила обширную масляную лужу, к счастью сделав это до того, как наступила в нее.

— Аннушка?! - тихонько позвала Эша в утренний коридор. Дом молчал, и только мебель атонально поскрипывала во всех его уголках, словно исполняла песнь пробуждения.