Книга Рябиновая кровь, страница 135 – Марина Адлер

Князь приобнял меня и прижал к себе сильнее одной рукой.

— Держись!

И я схватилась тоже за мужа, обнимая того за талию. Прислоняясь головой к его груди. И мы помчались, да так быстро и лихо, что я звонко рассмеялась, любуясь солнцем, искристым снегом и небом, которое не имело на себе ни единого облачка в такой мороз. А золотое солнце светило так ярко, что посмотреть на себя не позволяло. Было тепло и приятно сидеть вот так в объятиях князя, который поглаживал мое плечо в пути. Полозья со скрипом скользили по дороге, а звон колокольчиков лишь дополнял приятные звуки зимы.

К вечеру мы прибыли в небольшой город, где в свой терем нас приняла добрая семья бояр. Хозяева сытно накормили и были очень гостеприимны, радуясь столь важным гостям. Арьяна, к счастью, оправдала мои надежды и прилежно, с благодарностью за прощение исполняла все мои указания. Я больше не сердилась на девушку, оставила плохие мысли о ней. Девка сглупила, да с кем не бывает. Это не делало ее виновной в моих глазах во всех на свете бедах. А князь обещал, что по возвращению, мы обязательно увидим всех слуг живыми и здоровыми.

Пришлось делить с мужем одни покои в гостях, чтобы не вызывать лишних сплетен, но он и не пытался меня смущать своим присутствием. Когда легла спать, его еще не было в покоях, а когда поднялась, он уже ушел. Лишь слегка смятая кровать с другой стороны, говорила о его недолгом присутствии в нашей постели.

Второй день пути прошел так же беспрепятственно, как и первый. Лишь увидев впереди широкую блестящую реку, которая извивалась словно серебряная большая змея промеж лесных еловых чащ, ощутила слабую тревогу. Мороз был еще не таким сильным и лед на текучей глади воды мог быть хрупким. Лошади тоже опасливо заржали, когда достигли самого берега водоема. Ветер гонял по гладкому льду сверкающие снежинки, то вздымая выше, закручивая в красивом танце метелицы, то оставлял их на сияющей под солнцем зеркальной глади. Кое-где лед припорошило снегом, что было еще опаснее.

— Не беспокойся, Ягда, — поспешил успокоить князь. — Я не позволю льду проломиться.

В ту же секунду колдун ударил посохом о дно саней с глухим звуком и по земле стали вырисовываться, словно живые, узоры его могучего колдовства. Я услышала, как Арьяна тихо вскрикнула где-то позади. Лошади стали переминаться с копыта на копыто. Но я не боялась. Красота сил князя завораживала. Я привстала, чтобы полюбоваться как колдовские узоры прокладывают для нас надежную дорогу по льду через реку. Они блестели, сияли и закручивались словно ажурные серебряные узоры инея. Ни одна кисть даже самого искусного художника никогда бы не смогла такое исполнить. А он мог. И это завораживало.

— Это так прекрасно! Так красиво! — воскликнула я, снова усаживаясь рядом с супругом. — На льду это выглядит необыкновенно!

Князь рассмеялся, вновь меня обнял. А в следующее мгновение мы первые двинулись вперед по реке с такой скоростью, что она казалась невозможной. Шипы на копытах коней впивались в лед, не позволяя им поскользнуться, отбрасывали при каждом шаге замерзшие осколки, которые сверкали на свету и создавали сказочную картину. Мы понеслись на другой берег, а за нами смело последовали остальные трое саней.

— На том берегу стоит дом моего давнего друга. Его наверняка сейчас нет и его жилье совсем простое. Там мы остановимся. Еще рядом с ним есть конюшни, сено с запасом и пара простых хибар в которых смогут переночевать слуги. Люди из сел приходят сюда, чтобы порыбачить, поохотиться. Путники, чтобы переждать мороз или переночевать.