Книга Королева северных земель, страница 49 – Виктория Богачева

— Выходит, — спокойно кивнул он. — Так растолкуй мне, кто тебя послал в Вестфольд?

— Никто! — яростно выплюнул Кнуд и дёрнулся вперёд, и уже через миг Хакон схватил его за плечи и сжал так, что от пальцев непременно останутся синяки даже на задубевшей коже воина.

— Никто меня не посылал! — продолжал бесноваться Медвежонок. — Я отрёкся от Фроди и появился здесь, чтобы спасти нашу Сигрид! — больным взглядом он мазнул по замершей воительнице.

— Вдевятером ты надеялся одолеть всех нас? — нарочито напоказ Рагнар пересчитал коленопреклонённых мужчин. — Или знал, с какой стороны зайти, потому что тебе кто-то разболтал? — и он впился в Кнуда цепким взглядом.

Тот мимолётно поморщился, не сумев скрыть досаду.

— Да, конунг, среди твоих людей есть предатель, — процедил Кнуд сквозь зубы. — Не в первый раз он предаёт тебя, а как иначе Фроди удалось заманить тебя в ловушку?.. — он расхохотался, обнажив окровавленные зубы.

Сигрид подалась вперёд.

— Молчи! — яростно шепнула и сжала вытянутые вдоль тела руки в кулаки. — Не говори ничего!

Рагнару хватило и этой малости. Долгим, оценивающим взглядом он окинул Сигрид, и та похолодела. Затем конунг повернулся к Медвежонку, который упрямо и угрюмо смотрел на него снизу вверх и скалился.

— Ты нарушил мир, который у меня с Фроди. Я в своём праве тебя убить. Думаю, твой конунг ещё и поблагодарит меня.

— Он не мой конунг! — взревел Кнуд и вновь едва не бросился на Рагнара, но помешал Хакон. — Мы пришли вытащить тебя, Сигрид! — хрипло выкрикнул он.

— Зачем тебе спасать её? — пытливо спросил Рагнар, и бровью не поведя на буйство Медвежонка.

— Потому что титул конунга принадлежит Сигрид по праву рождения! — пылко отозвался мужчина. — Она должна была возглавить нас! Она, а не её слизняк-братец...

И Кнуд покосился на воительницу, опалив своим взглядом. Ей стало... неуютно. Что-то в нём было... Что-то, что она не замечала долгие, долгие зимы. То, с каким рвущимся наружу отчаянием он смотрел на неё, как бился в руках Хакона, как пытался развязать верёвки, когда все остальные замерли неподвижно...

За его взглядом проследил Рагнар и заскрежетал зубами до натянувшихся на скулах желваков. Он дёрнул щекой и сказал.

— Если я не услышу правду, вы все умрёте. Один за другим.

— Убивай, — Кнуд вновь сплюнул на землю. — Никто из нас тебя не боится.

— А следовало бы, — без улыбки сказал Рагнар.

Немного помолчав, он посмотрел на Хакона.

— Пусть их накормят и перевяжут раны. Никто не скажет, что я заморил пленников и лишь потому выиграл.

— Да, конунг, — кивнул тот.

Сигрид мимолётно прикрыла глаза. Рагнар был силён, в этом она не сомневалась. Но и Медвежонок Кнуд с горячей, буйной кровь ничуть ему не уступал. А у конунга болела спина. До сих пор болела, даже четыре седмицы спустя...

Она не знала, какой выбор будет правильным. Старый друг, друг детства пришёл, чтоб вызволить её из неволи, и от одной только мысли её душа пела. Но теперь ему и всем, кто пришёл с ним, грозила опасность. Рагнар ведь не бросал слов на ветер...

— Сигрид.

Оторопев, она услышала своё имя из уст конунга и повернулась к нему. Мужчина глядел прямо на неё, и ей захотелось скрыться от этого взгляда, но она заставила себя выдержать.

Он не говорил ничего с минуту, а потом медленно, будто через силу, произнёс.