Книга Королева северных земель, страница 179 – Виктория Богачева

Рагнар прыгнул вперёд. Ногой наступил на чью-то руку, тянувшуюся к оружию, и коротко, без замаха ударил топором. Рядом другой хирдман уже вскочил на ноги, и конунг полоснул его ножом поперёк горла.

Палуба ожила. Даны появлялись повсюду. Кто-то хватался за меч, кто-то за щит, кто-то просто за то, что попадалось под руку. Но они просыпались по одному, ошалевшие, в темноте, а люди Рагнара были уже на палубе и шли по кораблю.

Прямо на него выскочил мужчина с копьём наперевес. Рагнар ушёл вбок, пропуская остриё мимо ребра, но всё равно почувствовал, как железо обожгло голую кожу, и ударил топором по древку. Копьё хрустнуло, хирдман отшатнулся, и кто-то из людей Рагнара достал его сзади.

Драккар качало. Под ногами было скользко от крови, и Рагнар дважды едва не упал: босые ступни разъезжались по мокрым доскам. Он перешагнул через чьё-то тело, уклонился от удара, который скорее угадал, чем увидел, и полоснул в ответ ножом — попал, судя по вскрику.

В темноте невозможно было понять, сколько данов ещё стоит на ногах. Где-то на носу железо звенело о железо, у правого борта возились молча, сопя и хрипя.

С соседнего драккара кричали: там услышали шум, но перебраться не могли. Канаты, связывавшие корабли, кто-то из людей Рагнара уже перерубил.

Голос Ингвара разрезал звуки битвы.

— Стой!

Конунг обернулся и увидел, что Ингвар Длинный Клинок стоит на корме в тусклом свете фонаря. На нём была кожаная куртка с металлическими пластинами. В правой руке он держал кинжал, а левой — Бьорна.

Младший брат висел у него в захвате, едва стоя на ногах. Ингвар прижимал лезвие к его шее. Бьорн не дёргался: то ли был слишком слаб, то ли понимал, что любое движение вгонит клинок глубже.

— Брось оружие, Морской Волк, — сказал Ингвар. — Прикажи своим остановиться. Или я вскрою ему горло прямо у тебя на глазах.

Рагнар замер. Топор в правой руке, нож в левой. Кровь текла по рёбрам — то ли своя, то ли чужая, он не знал. Палуба вокруг была усеяна телами. Стоны, хрипы, тяжёлое дыхание. Бой угас, как пламя, которому не хватило дров: все, кто ещё стоял на ногах, смотрели теперь на корму.

Единственный открытый глаз Бьорна неотрывно смотрел на Рагнара.

— Брось, — повторил Ингвар и чуть надавил лезвием. На шее у младшего брата конунга выступила тёмная нитка крови.

Рагнар разжал пальцы, и топор лязгнул о палубу.

— И нож, — велел Ингвар.

Конунг не шевельнулся. Он смотрел противнику в глаза и тянул время.

Кнуд бесшумно ступил из темноты за спиной Ингвара, и тот не услышал его. Или услышал, но на мгновение позже, чем нужно. Топор Медвежонка вошёл ему в шею сбоку, и он дёрнулся, выронил нож. Пальцы его разжались, и Бьорн упал на колени, а Ингвар Длинный Клинок повалился рядом, и его кровь хлынула на доски.

Кнуд стоял над ним, тяжело дыша, и смотрел вниз. Потом поднял глаза на Рагнара, а тот опустился на колени рядом с братом. Бьорн дрожал всем телом, так крупно, что стучали зубы. Рагнар положил ладонь ему на затылок и притянул к себе, и Бьорн уткнулся лицом ему в плечо и замер.

— Всё, — сказал конунг. — Всё.

* * *

Но это было ещё не всё, потому что с данских драккаров полетели стрелы, и часть из них принесла с собой пропитанные дёгтем тряпки. Рагнар атаковал внезапно, и его хирдманы быстро перерубили канаты, и в темноте корабли отнесли друг от друга сильные волны, но опомнились даны тоже быстро, и сдаваться они были не намерены.