Книга Королева северных земель, страница 146 – Виктория Богачева

Та непокорно тряхнула головой.

— Могу, — отозвалась глухо. — Могу.

Недовольно щёлкнув языком, Ярлфрид поджала губы и отошла к скамье, что стояла напротив.

— Чего ты страшишься? — спросила, немного помолчав. — Отнимать жизнь ты умеешь. Давать её — не шибко сложнее.

Сигрид поглядела на неё волчонком и вновь свирепо дёрнула головой.

— Не хочу сидеть и ждать мужа на берегу, — буркнула она.

— А чего хочешь? — Ярдфрид невесело усмехнулась. — Чтоб тебе в живот угодили, и ты кровью истекла? Али дитя сбросить? И чтоб мой сын от горя почернел, коли ты умрёшь?

Её простые слова и спокойный тон ударили Сигрид под дых так сильно, что она задохнулась сперва. Рука невольно дёрнулась к плоскому, поджарому животу. Она даже огрызаться не стала. Лишь прикрыла глаза и тяжело сглотнула.

— Родишь — и вернёшься на свой драккар. Рагнар разве тебя к столбу приковал, и ты шага не можешь ступить? — спросила Ярлфрид таким голосом, что стало понятно: она не стала бы возражать, поступи так сын.

Но не потому, что невзлюбила рыжую воительницу.

Неужто Ярлфрид за неё волновалась?..

— А порой, на берегу ждать не меньше смелости нужно. Чем подле мужа на драккаре, — добавила женщина совсем тихо. Больше для себя, нежели для Сигрид.

Воительница подняла на неё глаза. Об этом никогда прежде она не задумывалась. Может, не так уж Ярлфрид была не права?..

— Я благодарна тебе, — произнесла она и решительно поднялась.

— Скажи Рагнару, Сигрид, — уже у дверей окликнула её Ярлфрид. — Не лги ему.

Она торопливо выскочила наружу. Стоял глубокий вечер, но ещё не стемнело. Стремительно приближалось короткое северное лето, и вскоре солнце и вовсе будет совсем ненадолго уходить в море. Ночи станут таким же светлыми, как дни. Было даже не холодно, но Сигрид всё равно задрожала.

Пока шла, припоминала, как всё начиналось.

Худо ей стало ещё на драккаре. И она, борясь со стыдом, отчаянно ото всех скрывала, что тошнило её каждый день. Её! Которая бегала по мокрой палубе в лютый шторм и не поскальзывалась. Которую мотало по морю в крошечной лодчонке, заливало солёной водой, хлестало ветром.

Тошнит на драккаре — стыдно сказать!

Знамо дело, она молчала.

Кусок не лез в горло, от солёной рыбы делалось ещё хуже. А в том сожжённом данами поселении, ступив на берег, Сигрид обрадовалась. Она-то мыслила, её укачало на волнах, пока одним вечером её рот не наполнился слюной, когда в лесу она набрела на ельник. Запах иголок едва не свёл её с ума. Она нарвала их и потихоньку жевала, и тошнота отступала на время.

Потом не пришли её лунные крови.

Потом трижды она едва не разревелась. Она, может, за всю жизнь столько не плакала... Как хотелось за несколько седмиц.

А неприятие многих запахов и снеди всё никак не проходило. И Сигрид, отчаявшись, подошла к Ярлфрид. Ну, не у толстой же Йорунн ей просить совета.

И Ярлфрид сказала, что Сигрид в тягости.

Несмотря на поздний час, Вестфольд не спал. Рагнар ведь велел отправляться утром к Варгхольму, и потому на берегу возле драккаров кипела работа. Благо было пока светло.

Она замерла в нерешительности, глядя то на море, то на Длинный дом за своей спиной. В глубине души она уже знала, что сделает. Знала, даже когда говорила с Ярлфрид. Пригладив растрепавшиеся волосы, Сигрид зашагала вниз по холму к берегу.