Книга Дракон учебе не помеха, страница 86 – Валентина Третьякова

— Я ему ничего не говорила! — поспешила сказать Линда.

— Ничего? Да ты мне допрос устроила и обвинила, что я кверху пузиком лежал! — притворно возмутился кот, и уши Линды запылали. — Представляешь, — Барсик возмущенно округлил глаза и обратился к Даймону, — я ей говорю, я рад встрече, а она мне: как тебе не стыдно, говори, кто ты, герцог или маркиз, и вообще, как ты мог со мной так поступить!

Размахивающий лапками кот стал последней каплей. После сцены с кличкой кота выдержка Даймона и так весь день трещала по швам, а когда он понял, почему котейке устроили скандал, она разлетелась мелкими брызгами. После “дракончика из драконятника”, который оказался владельцем академии и не только, Линда решила, что кот тоже был человеком! Даймон закрыл лицо руками и зашелся в приступе неудержимого хохота. Отсмеявшись, он сунул Линде учебник по Травологии, забрал у нее кота и ушел с ним в спальню, чтобы не спеша и в подробностях насладиться приключениями Барсика.

По инерции Линда прочитала пару страниц, но потом до нее дошло. Даймон Рэй смеялся! Вечно холодный и серьезный герцог Стоунгемский ухохатывался! Это было здорово, но ухохатывался он над ней! Линда захлопнула учебник и влетела в спальню. В свою, на минуточку, спальню!

— Смешно? — грозно спросила она с порога, но вдруг умолкла и остановилась на полпути.

Потому что внутри поднялась волна желания. Желания растянуться на кровати рядом со смеющимся темноволосым мужчиной. Домашняя рубашка которого была приглашающе распахнута на широкой груди и не помешала бы прижаться к горячей коже щекой. Но нельзя, ей нельзя! Нельзя терять голову! Линда откашлялась.

— Впрочем, ладно. Смейтесь. Даймон, расскажи Барсику про дурочку в парке, которая… которая…

Она не договорила, развернулась и пошла прочь. Нет, не потому, что боялась быть смешной, нет! А потому, что пока не могла позволить себе мечтать о том, чтобы остаться рядом с желанным мужчиной. На глаза навернулись слезы от обиды на тупорылых свиней, которые умудрились превратить процветающий, перспективный трактир в долговую яму и рабство для нее. “Чтоб тебя скрючило и не отпустило, дядя Дональд”, — успела подумать Линда, прежде чем случилось то, что вымело из ее головы абсолютно все мысли.

Фокс

Линда пошатнулась, когда Даймон обнял ее сзади и прижал к себе. Макушку тронуло его горячее дыхание:

— Никогда. Ни разу. Я не смеялся над тобой. — Он помолчал и добавил: — Не уходи. Расскажи Барсику, как дракон хотел напугать тебя пламенем, а ты запустила в него вкусным пирогом… — Линда почувствовала, как тело Даймона начинает подрагивать от подступающего смеха. — Я тогда был так голоден… Кхе-кхе, я не мог не съесть его.

Он обнял ее за талию и повел к кровати, откуда за ними с восторженно-умильным лицом наблюдал Барсик.

Тело Линды пылало там, где его касались руки дракона. Это приятное пламя разбегалось по телу упругими волнами удовольствия. Она закрыла глаза и позволила вести себя. Как во сне она слушала, как Даймон рассказывает коту, об их встречах в парке, затем на летном поле, о том, как он боялся, что Линда расскажет кому-нибудь, что кормила дракона… Она слушала и постепенно приходила в себя. Вежливость. Это была вежливость. Да, она интересна Даймону, ведь она представительница другого мира. Но в его поступке не было ничего романтического. Он неправильно истолковал причину, по которой она хотела уйти, вот и все. Постарался исправить ситуацию, но сделал только хуже. Она не сможет забыть, не сможет не думать о продолжении… Что же делать? “Так, Анна Сергеевна! Ну-ка, быстро взяли себя в руки. Впереди у вас перспектива рабства у кхекающего гадского козла, какая в пень романтика? Ничего не было. Вам показалось. Надо было головой думать и не разыгрывать из себя обиженку. Подумаешь, не до романтики ей! Не надо жадничать. Еще месяц ты мыла посуду в трактире, а сейчас и работа, и учеба, еще и напарник по практике есть!” — прикрикнула она на себя и постепенно пришла в чувство.