Книга Госпожа рабыня, страница 44 – Анна Осокина

Она злилась. Ясна сильно злилась! Нет, даже не так. Она пребывала в ярости. Но вместе с тем волна тепла захватила ее и не отпускала после того злосчастного поцелуя. Она украдкой трогала губы кончиками пальцев, вновь и вновь воскрешая те ощущения. И злилась еще сильнее, теперь уже на себя. За то, что не предотвратила это. За то, что позволила прикоснуться к себе грубому мужлану.

Одно только слово отцу — и Варгроф больше ни шагу не сделает по этому дому. Одно слово — и его с позором разжалуют. Да так, что в этом городе он работу не сыщет. Эта мысль так понравилась Ясне, что она улыбнулась и уже собиралась отправиться к родителю, чтобы отомстить за самовольство наемника. Но вместе с тем какая-то робость вдруг обуяла ее. Это не был стыд. Она не боялась рассказать отцу о поцелуе, но мысль о том, что она действительно больше не увидит этого синеглазого великана, испугала ее. Ясна глубоко вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь привести мысли в порядок. Она устало схватилась за лоб, растирая кожу.

— Ясна, — села рядом мама. — Ты почему одна тут сидишь?

— Голова разболелась что-то, — девица почти не соврала, голова действительно пухла от мыслей.

— Я знаю, что тебе поможет! Сейчас!

Она огляделась вокруг в поисках слуг, но все находились далеко. Зато наемник проходил мимо.

— Варгроф! — позвала его хозяйка.

Он обернулся, внимательно посмотрев на нее, и даже не глянул на Ясну. Охранник выглядел совершенно как обычно: с маской чуть отстраненной доброжелательности, к которой добавлялась легкая насмешка. Или Ясне только казалось, что он над всеми насмехается? Может, он вовсе ничего подобного и не вкладывал в свое выражение лица?

— Пожалуйста, передай Сонье, чтобы она заварила госпоже Ясне мяту, у нее болит голова.

— Конечно, — он чуть склонился и направился в сторону кухни, даже не посмотрев на девицу, будто ее здесь и не было.

Она сжала кулаки. Хотелось крикнуть ему какую-то гадость вслед, но Ясна сдержалась. Не успел охранник выйти из гостиной, как к своей семье подошел Траян. Он сел с другой стороны о дочери. Теперь она оказалась между двух родителей.

— Ясна, как тебе Фолкард? — ласково улыбнулся отец и сразу добавил, как будто боялся, что она выскажет другое мнение: — По-моему, неплох, да? Он хорошо разбирается в торговом деле, его семья состоятельная, ты ни в чем не будешь нуждаться.

— Но я и так ни в чем не нуждаюсь, — вздохнула девица.

— Дочка, я не вечен, а тебе нужно создавать свою семью. Я думал, ты это понимаешь, — отец потрепал ее по колену.

Ясна снова вздохнула.

— Конечно, понимаю. Фолкард создает впечатление хорошего человека, — она выдавила из себя улыбку.

— Пойдешь за него? — наконец прямо спросил Траян.

«А разве у меня есть выбор?» — хотела ответить вопросом на вопрос Ясна, но вспомнила разговор с Варгрофом и решила сказать не так.

А вот и он: виновник ее мучений. Шел размашистым шагом через весь зал, неся чашу. Ясна даже не поняла, что он направлялся к ним. Он приблизился и протянул молодой госпоже глиняный кубок.

— Прошу, возьмите ваш мятный настой, — при этом лицо его было безразличным, словно не он только что целовал ее в саду.

Почему он сам принес ей напиток? Почему не сказал служанке? Их пальцы соприкоснулись, когда она потянулась за чашей, рука дрогнула, и несколько горячих капель пролилось на кисть. Ясна зашипела, но не отдернула руку, чтобы не расплескать напиток еще сильнее. Охранник тоже не отпускал.