Книга Сделка равных, страница 168 – Юлия Арниева

Были и другие разговоры, более осторожные, более взвешенные, в которых каждое слово было обёрнуто в три слоя вежливости, из которых я выуживала крупицы полезного с усердием старателя, промывающего песок. Леди Каупер осведомилась о моём здоровье с такой заботой, словно я перенесла тяжёлую болезнь, а не скандал на крыльце. Мисс Стэплтон, ядовитая и неизбежная, подобралась ко мне во время ужина и прошипела, что леди Марчмонт считает мою историю позорной для всего сословия, на что я ответила, что леди Марчмонт имеет полное право на своё мнение, а я имею полное право его не разделять, после чего мисс Стэплтон удалилась с лицом, перекошенным от невысказанных гадостей.

А леди Уилкс, как всегда, была в своей стихии. Она порхала между группами гостей, как пчела между цветами, опыляя каждую нужной версией событий: Колин пьян, разорён и невменяем; Катрин держалась героически и что не каждая…

Мои воспоминания прервал стук в дверь. Миссис Грант вошла с подносом, на котором стоял кофейник, и ещё одним конвертом, который, видимо, пришёл с утренней почтой позже остальных.

— Почтовый дилижанс, миледи. Из Кента.

Я взяла конверт, сломала печать и развернула лист. Почерк был мне знаком, хотя я видела его лишь однажды, в памяти Катрин: крупный, с характерным наклоном вправо и аккуратными, почти каллиграфическими заглавными буквами. Эдвард.

'Дорогая сестра,

Должен признаться, известия, принесенные тобою, поначалу показались мне плодом расстроенного воображения, однако проверка фактов в церковном суде Лондона подтвердила худшее. Безрассудство Лидии и низость лорда Роксбери нанесли нам удар, от которого семья оправлялась бы десятилетиями, если бы не твоё благоразумие.

Матушка, узнав о падении Лидии, слегла в горячке. Сама же виновница не сочла нужным отрицать своей вины, да и как бы она могла, когда приговор суда стал достоянием гласности?

Я внял твоему совету действовать без промедления. И мне удалось найти человека, способного удержать Лидию в узде и избавить нас от её присутствия в Кенте и столице. Это мистер Томас Грантэм, вдовец из Нортумберленда. Он джентльмен из доброй, хотя и обедневшей семьи, и приданое Лидии, поможет ему поправить состояние его поместья. Ему сорок два года, он не имеет детей и обладает достаточным жизненным опытом, чтобы обеспечить нашей сестре тихую жизнь вдали от соблазнов, коим она так легко поддалась. Они обвенчались три дня назад и уже отбыли на север.

Что касается лорда Роксбери, то его более не будут рады видеть в нашем доме. Мне стало известно из надежных источников, что помимо морального падения, он близок к полному разорению. Теперь я горько сожалею, что наш покойный отец, ослепленный титулом, доверил твою судьбу столь никчемному человеку.

Теперь о делах. Я прочёл твоё предложение касательно поставок для флота с величайшим интересом. Времена тяжелые, и я, как глава рода, готов послужить Отечеству и нашей семье. Если твои связи в Лондоне столь прочны, как ты пишешь, я немедленно распоряжусь перенастроить станки на грубое плетение.

Буду ждать твоего приглашения в Лондон. Я готов приехать в любое удобное для тебя время и встретиться с теми людьми, которых ты сочтёшь нужным мне представить. Полагаю, интересы Морганов ныне едины как никогда.