Книга Академия Высших: студенты, страница 82 – Марта Трапная

— Я ведь не знаю на самом деле, – сказал Мурасаки, нагибаясь и срывая сухой стебелек, – это нас активируют таким образом или это мы сами… делаем это все во время активации. У тебя цунами, а у меня портал. Ты никогда не думала, как нас находят? – он прикусил стебелек и посмотрел на Сигму.

— А разве нас находят? – удивилась Сигма. – Я просто поступила в Академию. В смысле меня распределили.

Мурасаки от неожиданности перекусил стебелек и поперхнулся. Закашлялся до слез. Сигма неловко смотрела в сторону. Наконец, Мурасаки задышал ровно и Сигма решилась посмотреть на него.

— Как поступила? То есть что, у вас можно просто так взять и поступить в Академию?

Она дернула плечами.

— А что такого? На карте моего мира есть эта система, где мы сейчас. Эта планета. Моя мама о ней точно знала.

— Я вообще ничего не знал про Академию до тех пор, пока декан не притащил меня сюда.

Сигма нахмурилась.

— Декан? То есть ты не поступал, не сдавал экзамены? К тебе просто пришел декан, взял тебя за руку и привел в Академию? – Сигма пыталась уложить в своей голове услышанное, но оно не укладывалось.

— Да, примерно так.

— У меня все было иначе.

Они дошли до бегового круга и пошли по нему. И пока Сигма рассказывала все, что было с ней тем летом, как у них устроено поступление, они успели сделать два полных круга.

— Так ты же не поступила, – сказал Мурасаки когда Сигма закончила. – Ты же сама сказала: на тебя пришел запрос. Они просто ждали, пока ты закончишь школу, и все.

— Но с нашего курса многие говорили про вступительные экзамены, – возразила Сигма.

— Наверное, они делают так, как принято в каждом обществе, – вслух думал Мурасаки. – Кого-то вызывают на экзамены, кого-то распределяют. А кого-то просто забирают. Я спрашивал у своих однокурсников. Почти всех нас где-то подобрали после какой-то катастрофы. У вас, видимо, был более мирный способ набора студентов. Но как они нас находят?

Они брели мимо пустых кортов, площадок для прыжков, турников и лестниц, совсем не разбирая дороги. Сигма посматривала по сторонам, но никого не видела, а Мурасаки, казалось, вообще ничего не замечал. Иногда Сигма дергала его за рукав, чтобы он обошел лужу или кочку.

— А ты обсуждал это с кем-нибудь? – спросила Сигма.

— С кем? – устало спросил Мурасаки. – С однокурсниками, которые меня ненавидят за то, что все девушки вьются вокруг меня? Может, с Констанцией? Или с деканом?

— А с девушками? То, что они вьются вокруг тебя, еще не значит, что они глупые… Хотя, может, и значит, – Сигма со смехом успела отскочить от Мурасаки, который собрался толкнуть ее локтем под ребра.

— Нет, – серьезно ответил Мурасаки. – Мы много о чем разговариваем, я и девушки, на самом деле. О всяких интересных вещах. Но не об этом. Не о том, кто мы такие.

— А кто мы такие? – пожала плечами Сигма. – Обычные люди.

— Ты сама в это веришь?

— А что такого? – не поняла Сигма.

— Обычные люди, которые могут менять межмолекулярные взаимодействия, перестраивать атомы по собственному желанию, силой воли изменять погоду, контролировать все виды материи и энергии… Ты серьезно думаешь, что все люди это могут?

— Нет. Не совсем так. Но есть же предрасположенность. Талант. Не все могут играть музыку, правда? Одни вообще не сыграют ни одной чистой ноты, другие играют, но звучит все безжизненно, а другие играют так, будто это не инструмент, а душа.