Книга Академия Высших: студенты, страница 77 – Марта Трапная

— Это как раз я знаю, – вздохнул Мурасаки. – Сейчас мы его во что-нибудь теплое завернем, отнесем на ближайший пункт медицинской помощи и просканируем чип. И потом его отдадут хозяевам.

— Думаешь, у него есть хозяин? Или чип?

— Здесь нет беспризорных животных. Совсем, – Мурасаки почесал котенка за ухом. Котенок повернулся головой, показывая, какое именно место надо чесать. – Видишь, он домашний. Не боится рук.

Сигма дернула молнию на своей куртке, но одной рукой расстегнуть ее не получилось, а во второй руке был котенок. Мурасаки, словно поняв ее проблему, придержал воротник куртки, и Сигма снова на мгновенье услышала этот запах пыли, горечи и полыни. Видимо, это и был его запах. Некоторые пахнут потом, а Мурасаки – пылью и полынью. Сигма расстегнула куртку, стащила с себя шарф и вздохнула.

— Слушай, тебе придется меня отпустить. Кто-то должен держать котенка, пока я его вытираю.

Мурасаки забрал у нее котенка, Сигма промокнула его углом шарфа, а потом завернула в сухую половину, чтобы влажная часть оставалась сверху.

— Пойдем, – сказал Мурасаки. – Пропали сегодня наши занятия математикой.

— Ничего удивительного, – проворчала Сигма. – Так всегда бывает, когда я с тобой.

— Ты еще скажи, что это был бесполезный разговор, – поддел ее Мурасаки.

— Очень полезный. Особенно для котенка.

Пункт медицинской помощи оказался совсем рядом, и Сигма даже не удивилась, что Мурасаки знал, где он находится. Кажется, Мурасаки знал этот город намного, намного лучше ее. А вот когда у котенка нашелся чип, и когда в базе оказалось, что котенка разыскивают хозяева, Сигма удивилась. Котенка оставили в теплом боксе – согреть, осмотреть и накормить в ожидании хозяев. Сигма даже слышала по громкой связи, как женский голос кричал «он нашелся, Сомик нашелся, слышите?!»

— Я думала, он ничей, – призналась Сигма, когда они вышли на улицу.

— Я же говорил, что он чей-то.

— Ты мог ошибаться. Ты не можешь знать всего.

— Разве? – Мурасаки развернулся к ней, словно его подбросило. – Почему это?

Сигма растерялась.

— Никто не знает всего.

— Деструкторы и конструкторы должны знать все! Вообще все!

Сигма покачала головой.

— Так не бывает, Мурасаки.

— Очень даже бывает! Ты поймешь на третьем курсе. Мы заточены под то, чтобы знать все.

— Так не бывает, – повторила Сигма.

Мурасаки с досадой прикусил губу. Махнул рукой. Потом снова посмотрел на Сигму, чуть ли не плача.

— Но мы должны знать все, ты же понимаешь? Иначе какие мы создатели и разрушители? Мы должны знать, как устроен мир до мельчайших деталей, чтобы его разрушить.

Сигма поняла, что не может больше сдерживаться.

— Мурасаки! Ты можешь нормально говорить? Тебя что, не учили формулировать свои мысли? Да! Мы должны знать все об устройстве мира! А не вообще все. Это разные вещи! – она кричала на него, как будто он сделал что-то плохое, что-то ужасно плохое.

— А разве это не одно и то же? – растеряно спросил Мурасаки.

— Конечно, нет! Если ты знаешь все, скажи мне, куда делась моя мама во время цунами? – зло спросила Сигма. – Ну? Что ты молчишь? Как тебе помогут твои знания об устройстве мира? Ты можешь знать все о том, как образуются цунами, как именно они разрушают дороги, дома, деревья, поля, что угодно. Но это все не поможет найти тебе одного-единственного человека.