Книга Академия Высших: студенты, страница 219 – Марта Трапная

Сигма сидела на кровати, жевала печенье и думала над словами декана. И чем дольше думала, тем больше понимала, что он говорил неправду. Или не всю правду. Или даже намерено отвлекал ее внимание от правды.

Ведь если ничего особенного не случилось, то зачем тогда Сигму вытащили среди ночи из постели и потащили к декану? Почему нельзя было подождать до утра? Из-за того, что она «отряхнула ветошь» с какого-то крана? Ерунда. Кран, скорее всего, они все-таки открыли. Или хотя бы магистральный вентиль.

Сигма вздохнула. Как все сложно и не с кем обсудить! Почему здесь нет Мурасаки? Почему она не может хотя бы написать ему? Было бы здорово хотя бы спросить, получил ли он свитер? Понравился ли он ему? Носит ли? Она попробовала представить Мурасаки в свитере, но ничего не получалось. У нее слабое воображение, Мурасаки был прав, когда говорил это, зря она злилась. Ее воображения хватало только на то, чтобы представить Мурасаки без одежды…

Сигма решительно прогнала воспоминания. А то сейчас она уплывет, даст волю чувствам, разрыдается, уснет, а разговор с деканом забудется.

Сигма достала блокнот и карандаш, записала слова декана и свои ответы. Нет, совсем не похоже, что этот «кран», как его называл декан, был чем-то незначительным. Больше похоже, что эта штука в парке была чем-то важным и ее разбили намеренно, чтобы ей никто не мог воспользоваться. Что же она делает?

И потом, если они с Гамаль и Айном всего лишь сняли маскировку, то таким великим и могучим Высшим, как Эвелина и декан, не составит никакого труда вернуть все на место. Да, кивнула Сигма своим мыслям. Может быть, в ближайшие дни стоит наведаться в Закрытый сад. Если прекрасная зеленая панель снова покрыта трещинами и никого к себе не подпускает, значит, декан говорил чистую правду. А если нет – значит, декан только делал вид, что ничего серьезного они не натворили. Но совершенно непонятно, зачем надо делать этот вид с ними, второкурсниками, которыми еще толком ничего не умеют и не могут. Лучше было бы объяснить, в чем их вина, показательно наказать и запретить повторять остальным. Но нет, этого не случилось. Сигма покачала головой, возражая самой себе. Не ночью же устраивать такие мероприятия! Все может произойти завтра, то есть сегодня утром. Соберут студентов, устроят публичную порку виноватых. Сигма зевнула. Ладно, что будет – то будет, а пока надо поспать пару часов, а то на занятиях она не сможет связать двух слов и без всякой порки.

В дверь постучали. Сигма не успела сказать «да» или «нет», как дверь распахнулась. Включился свет. На пороге стоял Айн. Полностью одетый, даже в куртке.

— Ты знаешь, что ты нам всем устроила? – рявкнул он.

— Хочешь печенья? – спросила Сигма и протянула ему кулек.

Айн шагнул в комнату.

— Дверь закрой, – сказала Сигма.

Айн подошел и заглянул в кулек. Потом снова посмотрел на Сигму.

— Ты что, думаешь купить меня печеньем? Как ребенка?

Сигма пожала плечами.

— Зачем мне тебя покупать? Что такого ужасного тебе устроила Эвелина? Ментальное сканирование сегодняшнего вечера? Ты же не умер от этого!

Айн с негодованием смотрел на Сигму.

— Ты бы еще сказала «всего лишь ментальное сканирование»!

— Первый раз, что ли? – спросила Сигма.

Айн сник, взял стул и придвинул его к кровати Сигмы. Сел, протянул руку к печенью. Сигма отдала ему кулек. Айн положил в рот сладкий ромбик и быстро прожевал. Потянулся за другим.