Книга Академия Высших: студенты, страница 156 – Марта Трапная

В задумчивости Мурасаки достал планшет, вывел план Академии и отметил места, где были открыты порталы. Закономерности не проглядывалось, кроме той, что через любые три точки всегда можно нарисовать треугольник. Эх, если бы знать, где были открыты другие порталы. Тогда уже можно было бы как-то оценивать… Как бы раздобыть эту информацию? Мурасаки прикусил губу. Что там говорила Констанция по этому поводу? Твоя влюбленность – это еще не причина сообщать информацию… Значит, надо найти другую причину.

Ну конечно, вдруг понял Мурасаки. Причина есть. Он улыбнулся и одним глотком допил оставшуюся воду.

— А ты такой сидишь и учишься, как ни в чем не бывало? – рядом с ним села Марина.

— Я привык, Марина, – ответил Мурасаки. – Это не первый портал в моей жизни.

— Какой ты опытный, даже страшно иногда, – вздохнула Марина и потерла виски. – Особенно когда смотришь в твои невинные глаза. Мы думали с девочками, ты даже целоваться не умеешь.

— Целуются вообще-то не глазами.

Марина улыбнулась.

— Ты все тот же, надо же. Я и забыла каким ты бываешь.

Мурасаки пожал плечами.

— Конечно, я все тот же. Просто у меня много сторон.

— Как у света?

— Как у бриллианта, – снова улыбнулся Мурасаки, все еще рассматривая план Академии. – Я предпочитаю быть твердым, как бриллиант.

— Зато свет везде, – возразила Марина.

Мурасаки покачал головой, вспоминая портал.

— Нет, Марина, не везде. Если ты не бывала в таких местах, где его нет, тебе очень повезло.

Марина пожала плечами.

— У меня тоже есть эпизоды в биографии, про которые я могу сказать, что тебе повезло, раз ты с этим не встречался.

— Не сомневаюсь, – ответил Мурасаки. – У всех нас есть такие эпизоды, иначе бы мы не были деструкторами.

— А у конструкторов, интересно, как? – спросила Марина.

— У конструкторов, как водится, все должно быть наоборот. Мы должны завидовать, что в нашей жизни не было тех эпизодов, с которыми они встречались.

Марина громко рассмеялась.

— Мурасаки, ты даже здесь устраиваешь балаган, – к ним подошел Нави. – Ты вообще бываешь серьезным?

— Я всегда предельно серьезен, – сказал Мурасаки. – А после транквилизаторов так особенно.

Марина снова фыркнула. Нави посмотрел на нее и покачал головой.

— Не понимаю, над чем сейчас можно смеяться. В такой ситуации?

— Мы обсуждали конструкторов, – ехидно сказал Мурасаки.

Нави перевел тяжелый взгляд на Мурасаки, но Марина положила руку на плечо Нави и мило улыбнулась ему.

— Нет, серьезно. Мурасаки сказал, что наверное, в жизни каждого конструктора был такой эпизод… ну знаешь, когда остальным остается только завидовать, что у них в жизни не было ничего похожего. А я ему не поверила Вот у тебя был такой эпизод?

Нави нахмурился.

— Вообще-то да.

— А расскажешь?

Мурасаки тихонько встал со своего места и отошел в сторону. Пусть эти синие воркуют между собой, у него есть дела поважнее. Он открыл список контактов, на мгновение замер и отправил запрос в учебную часть. На очередную внеочередную встречу с куратором.

Ответ от Кошмариции пришел почти ночью. «Десять утра, если будешь в состоянии». Мурасаки нахмурился было, вспоминая расписание на завтра – маловероятно, чтобы куратор предложила ему прогулять занятия. Но быстрее, чем он успел сообразить, в чем дело, пришло общее оповещение от учебной части. У четвертого курса отменяются занятия до конца недели. Рекомендуемый режим – пассивный отдых. При плохом самочувствии обязательно посетить медицинский корпус. Соблюдать рекомендации медиков. Мурасаки пробежался по рекомендациям – ничего особенного: пить электролиты, избегать переохлаждения, спать и никакой физической перегрузки, включая секс. Мурасаки вздохнул. Уж без секса он точно будет в десять утра перед кабинетом куратора.