Книга Академия Высших: студенты, страница 13 – Марта Трапная

Сигма привычно двинулась в сторону столовой. И чем ближе она подходила, тем слышнее становились голоса. А хорошо бы, чтобы это был кто-нибудь с курса, – подумала Сигма. Ужасно тяжело молчать весь день, и вчерашний разговор с Мурасаки на стене – лишнее тому подтверждение. Кстати, о Мурасаки. Сигма прислушалась. Кажется, это снова был его голос. Неужели и правда, кроме них двоих тут пока никого нет? Хотя он ведь не сам с собой разговаривает! Второй голос тоже принадлежал парню. Сигма продолжала идти ко входу в столовую, но старалась не показываться из-за колон, пока не оказалась достаточно близко, чтобы рассмотреть парней. И правда – один из них был Мурасаки, и цвета его одежды – черная рубашка и темно-фиолетовые брюки – служили дополнительным подтверждением. Его собеседником был такой же худощавый черноволосый парень в желтом вязаном свитере и в черных джинсах. Значит, тоже деструктор, кивнула Сигма. Ну, хоть что-то Мурасаки смог ей объяснить и на том спасибо, теперь она умеет отличать деструкторов от конструкторов. Правда, только на четвертом курсе.

Сигма совсем уже было собралась выйти и поздороваться, но тут парень в желтом предложил:

— Мурик, а пойдем вечером на концерт, а? Устраивают девочки с факультета муз.

Сигма остановилась. Нет, так еще чего доброго Мурасаки предложит и ей пойти с ними, а концерты уж точно не входили в ее планы. Но на удивление Мурасаки отказался.

— Киро, мне вообще не интересно вечером гулять ни с тобой, ни с кем-то еще. Я люблю вечера проводить в одиночестве.

— И как зовут твое одиночество? Кто твоя прекрасная девушка? – по голосу было понятно, что Киро изнывает от любопытства. – Мы поспорили, и теперь нам нужно знать ответ!

— На деньги хоть спорили? – усмехнулся Мурасаки.

— А то, – дернул головой Киро. – Чтобы я спорил ради удовольствия? Ни за что и никогда.

— Ты так говоришь, будто спорить – великий труд, – голос Мурасаки становился все более ядовитым, но Киро не замечал.

— Если из чего-то можно извлечь выгоду, надо ее извлекать, Мурик, – назидательно сказал Киро и расхохотался своей шутке.

Мурасаки покосился на браслет на запястье. Сигма отступила на шаг назад, за колону. Не хватало, чтобы он ее заметил! Этот отвратительный тип в желтом свитере вел себя как грубиян, говорил как грубиян и скорее всего, грубияном и был. И Сигме совершенно расхотелось с ним встречаться. Мурасаки она бы еще пережила, поняла Сигма, но после вчерашнего разговора на стене предпочитала бы и ему не показываться на глаза. Вот же странно – ничего особенного она ему не сказала, а чувство, будто выболтала что-то глубоко личное, и теперь боится, что дала ему про себя слишком много информации. Вот что значит – молчать несколько дней подряд. Окажись вчера на стене Констанция Мауриция, Сигма и с ней бы наверняка разоткровенничалась.

— Так мы ее знаем? – продолжал наседать Киро.

— Откуда мне знать? Может, знаете, а может, нет.

— А она студентка? На каком курсе?

Сигма похолодела. Как хорошо, что вчера она ничего не написала под фото Мурасаки!

— Или, может, она профессиональный фотограф, а? Может, подскажешь адресок студии, я тоже себе хочу в профиль такие шикарные снимки!

— Слушай, Киро, – зло сказал Мурасаки, развернулся к парню и взял его за плечо. – Я шел завтракать. А ты испортил мне весь аппетит. Моя личная жизнь тебя не касается, понял? Завидуешь – заведи себе девушку и просто попроси ее тебя сфотографировать. И это будут самые лучшие твои фотографии, я тебе гарантирую. Красота в глазах смотрящего, запомнил? Но ко мне больше с такими вопросами не лезь!