Книга Звездные женихи для матери-одиночки, страница 3 – Майя Хоук

Один, другой, третий...

Неужели мой защитник проиграл? От этого мурашки бегут по коже. Прикусываю язык. Звезды, как же страшно!

Наконец полупрозрачная дверь с приятным шуршанием отползает в сторону и я каким-то шестым чувством понимаю, что здесь работает гермозатвор.

В отсек проходит тот самый мужчина с фиолетовыми глазами и перевязанным плечом, он в одних штанах, и я могу в деталях рассмотреть накачанную грудь с изящными татуировками. Неужели это и есть Миллс?

А потом я замечаю, как высший тащит за собой тело второго. Этот, кажется, блондин и одет он в потрясающей красоты блестящий комбинезон, украшенный непонятными мне знаками.

Забиваюсь чуть дальше в щель между стеной и довольно тяжелым пластиковым ящиком, который украшает светящаяся панель. Надеюсь, высший меня не увидит. Пол в это время начинает нещадно холодить мою кожу.

Мужчина с фиолетовыми глазами и татуировками оглядывается по сторонам, бросается к кабине, из которой я вывалилась и отпускает непечатное ругательство, а затем прибавляет:

— Проклятие, совсем закончился заряд!

Затем он приподнимает блондина и усаживает в кресло, стоящее у стены. Оно тут же автоматически закрепляет этого человека ремнями. Блондин, очевидно, без сознания. Отсюда мне четко видно, что под глазом у него наливается внушительный фингал, но не могу не отметить, что мужчина красив так как, наверное, могут быть красивы только высшие.

— Посиди тут немного, Миллс, - отпускает сиреневоглазый и у меня отлегает от сердца.

Ах, так значит, Миллс получил по заслугам! Как же это хорошо! Или нет?

Татуированный мужчина внимательно рассматривает комнату, а затем заглядывает под стол и приветливо говорит так, словно обращается к ручному животному:

— Эй, синеглазка! Тебе больше ничего не угрожает! Я его вырубил, - потом сиреневоглазый с печалью бросает взгляд на капсулу. - И не уверен, что нам удастся быстро его починить...

Мужчина с татуировками обшаривает каждый закоулок в медицинском отсеке и я понимаю, что еще мгновение и он точно доберется до меня. Сердце как бешеное стучит в груди. Меня и тянет к этому мужчине и одновременно я ощущаю исходящую от него опасность. Он же высший!

Кто его знает, что он может сделать со мной? Аккуратно выглядываю в щель между столом, прикрывающим меня сверху, и ящиком, и смотрю на то, как татуировки этого мужчины переливаются удивительным фиолетовым цветом, буквально искрятся. Красивый до того, что замирает сердце. И при этом удивительно опасный. Он могущественнее меня во много раз - я отлично отдаю себе в этом отчет.

Одно движение его руки и... я снова вспоминаю о моих родственниках, оставшихся на планете. А вдруг уже все? Их время истекло?

Неаккуратно задеваю пяткой ящик. Раздается звук сдвигаемой тяжести, и я замираю, понимая, что поймана. В пространстве между ящиком и стеной появляется лицо высшего. Я молча смотрю на его протянутую ко мне руку. Вроде бы дружеский жест. Но что я могу в точности знать об инопланетянах?

— Ах, вот ты где, — усмехается он. - Прости за то... - оглядывается назад. - За напарника. Он вообще-то не такой урод, которым легко может показаться со стороны, где-то глубоко внутри в нем запрятан офицер без страха и упрека. Но это когда в Миллсе не говорит кровь. Ну а я Доракс Дант, обычный альтерранский рядовой.