Книга Приют для фамильяров, дракону вход запрещен!, страница 111 – Александра Кузнецова

— Первый лот нашего аукциона!

Зал мгновенно собрался. Разговоры стихли, бокалы замерли на полпути ко ртам.

Картина Софии ушла первой.

Небольшое полотно с осенним пейзажем, но стоило приглушить свет и зажечь свечи, как краски на картине начали медленно менять оттенки: теплое золото перетекало в розовый, затем в глубокий синий, будто закат и листья жили своей жизнью. В темных кустах на заднем плане замерцали светлячки.

— Магические краски, – торжественно пояснила я, чувствуя, как голос перестал дрожать и обрел твердость. – Они реагируют только на живой огонь! Картину нам пожертвовала София Де Луа и стоимость лота начинается от двадцати серебряных!

За этот лот я была спокойна, одна рама картины стоила все тридцать. Ставки пошли сразу. Без пауз, без затишья. Натали взяла сами торги на себя, шепнув мне готовить следующий лот.

Картина ушла быстро – под аплодисменты и довольный вздох Софии, которая прижала ладони к груди. Ей явно было очень приятно, что ее творчество нашло отклик среди гостей.

Вторым лотом был магический камень от Майи – часть ее личной коллекции минералов. Небольшой, с мягким внутренним свечением, не ослепляющим, а теплым, будто он дышал.

Лот для ценителей. Я ничего не понимала в камнях, но желающих поторговаться оказалось неожиданно много. В основном мужчины, которые подошли к вопросу азартно.

Камень ушел втрое дороже ожидаемого. Я поймала взгляд Майи – она была вполне довольна ценой и шепнула, что у нее еще есть несколько в запасе и после сегодняшнего они явно подрастут в цене. Я лишь усмехнулась предпринимательской жилке Майи. Но я и сама знала, как можно сделать деньги из воздуха.

Я объявила третий лот – именную табличку «Покровитель приюта». Имя победителя будет выбито на табличке, а сама табличка будет висеть справа от входа в приют столько, сколько сам приют будет существовать.

И стартовая цена у лота была сразу высокой – двести серебряных. Но даже с такой ценой желающих увековечить свое имя, как благодетеля для фамильяров было достаточно.

— Это же… навсегда, – прошептала какая-то дама внизу.

— Я хочу, чтобы мое имя там было, – отозвался кто-то с противоположной стороны зала.

Ставки росли. Натали едва успевала их фиксировать.

Когда жетон ушел, зал аплодировал громко и восторженно. Я не слышала окончательную ставку, но точно больше тысячи. У меня получалось!

Но радость отчего-то была неполной. Никак не получалось расслабиться, отдаться мероприятию. И я поняла почему. Подсознательно я ждала Сильвиана. Он обещал появиться, что-то сказать гостям. Многие пришли ради этого, но дракона нигде не было. А с его ужасным характером, можно было ожидать чего угодно.

— Лот номер четыре, – голос Натали зазвучал торжественно и чуть ниже обычного, как перед кульминацией спектакля. – Скандальное платье от ведущей модистки сезона – Татьяны. Единственное в своем роде. Если среди вас есть коллекционеры и поклонники моды, то это ваш шанс!

Я вздрогнула и выглянула в зал.

Свет погас и прожекторы скользнули вверх, к куполу музея. Музыка замедлилась, стала тягучей, почти шепчущей. И в этот момент сверху, из темноты, мягко спустились полотна.

Воздушная гимнастка в черной маске появилась внезапно – как видение. Тонкая фигура, уверенные движения, никакой суеты. Она скользила по полотнам, будто не подчинялась силе тяжести и держала на вытянутой руке вешалку с платьем.