Книга Киллер. Никому не отдам, страница 63 – Калерия Гумерова

— Не могу остановиться… прости, — треск разрезает тишину кабинета.

Рари беспощадно рвет лиф платья, оголяя мою грудь.

— Ты такая красивая, Эсфи. Такая… моя. — он снова нападает своим ртом на мое тело.

Я остаюсь без одежды за каких-то несколько секунд. Испорченное платье летит ко всем бумагам вниз, туда же присоединяются и трусики. Больше на мне ничего не остается, и я оказываюсь полностью обнаженной перед ним и сердцем, и телом.

Рари больше не говорит, лишь издает рычащие звуки, которые выдают его страсть и нетерпение. Пока я мечусь на столе под его ласками, он оставляет на каждом сантиметре моей кожи свой незабываемый след: на шее, ключицах, плечах, груди, спускаясь все ниже и ниже, туда, где сильнее всего тянет и горит.

Когда его дыхание опаляет лобок, я уже готовлюсь к прикосновению языка, которое сводит меня с ума, но вместо этого Рари возвращается к моему лицу. Мне не удается сдержать разочарованный стон.

— Моя страстная и нетерпеливая Эсфи… — смеется он одним выдохом. — Ты получишь все этой ночью, я не отличаюсь терпеливостью. Черт, я даже не донес тебя до кровати.

Рагнар проводит рукой по моей щеке, нежно касаясь губами моего подбородка.

— Я слишком сильно привык быть один, я не умею быть с кем-то, кто нуждается во мне, но обещаю, что научусь заботиться, научусь всему, что тебе нужно.

— Рари… — руками тянусь к его лицу, чтобы снова поцеловать мужа.

Муж… это слово дает ответственность не только ему, но и мне. Что я знаю об обязанностях жены? Ничего! У меня не было матери, которая бы научила меня этому.

— Я тоже обещаю тебе, что научусь быть хорошей женой!

— Тебе ничего не нужно делать, олененок, просто будь! Этого достаточно!

Мои руки скользят под его черную футболку. Я провожу пальцами по его мощной спине, ощущая напряженные твердые мышцы. Он такой большой, что моих рук не хватает, чтобы сомкнуть их вместе. Провожу ладонями вниз и чувствую неровности кожи, затянутые шрамы от ранений. Мне не противно, наоборот, я горжусь этим. Мой принц очень много воевал.

Рари отстраняется, чтобы снять с себя всю одежду. Его член дергается, когда я смотрю на него в упор. Поднимаюсь глазами выше по поросли жестких волос к пупку, по ярко выраженным кубикам на прессе, идеальному торсу, груди…

— Ты потрясающий, Рари! — шепчу я, смотря на его тело, как на произведение искусства.

Хочется взять в руки кисть и запечатлеть его тело. Такое мощное! Я не могу отвести взгляд, хоть мои щеки и краснеют!

— Не уверен, что смогу остановиться, если начну, — шепчет он хриплым голосом. — В твой первый раз будет больно, олененок.

Он прислоняется своим лбом к моему и пытается сдержать себя.

— Знала бы ты, что я хочу с тобой сделать, Эсфи… если будет нестерпимо больно или страшно, то скажи. Я постараюсь… остановиться, — даже эти слова даются ему с трудом.

Но я ничего не отвечаю, лишь прижимаюсь к его телу сильнее, давая понять, что готова ко всему.

Рагнар берет свой член в руки, слегка отстраняется, давая мне больше обзора, пару раз скользит ладонью, будто пытается унять возбуждение, а сам внимательно на меня смотрит.

— Я не боюсь, — не знаю, почему говорю это, хоть меня и трясет.

Кажется, эти слова для него так важны в этот момент.

— Развинь ножки пошире.

Я слушаюсь и сгибаю их, упираясь пятками о стол. Он вплотную прижимается своей разгоряченной плотью к моей и начинает ласкать, размазывая влагу, скопившуюся внутри. Тихий стон вырывается сам собой.