Книга Киллер. Никому не отдам, страница 22 – Калерия Гумерова

Спустя пять минут в комнату заходит мужчина средних лет с чемоданчиком в руках, оглядывает меня с профессиональным интересом, и я чувствую себя выставленной напоказ.

Доктор подходит ко мне, достает термометр и просит открыть рот. Неловко выполняю его просьбу, чувствуя себя маленькой и беззащитной. Рагнар стоит в стороне, наблюдая за происходящим с непроницаемым лицом.

Затем врач достает шприц. Мои глаза расширяются от ужаса. Я до смерти боюсь уколов!

— Не бойся, это всего лишь витамины, — говорит доктор, но его слова не успокаивают меня.

Я отворачиваюсь, зажмуриваюсь и вцепляюсь в руку Рагнара, который моментально оказывается рядом. Его пальцы сжимают мою ладонь в ответ, и я чувствую, как по телу разливается тепло.

Ощущаю легкий укол, и непроизвольно вздрагиваю. Рагнар не отпускает мою руку, продолжает держать ее крепко, словно передавая мне свою силу.

— Можно как-то побыстрее? — сдавленным голосом спрашивает он доктора, в его словах отчетливо слышится раздражение и тревога.

— Уже всё, — говорит врач, убирая шприц. — Принимайте вот эти таблетки три раза в день, строго после еды.

Он протягивает мне лекарства, и я послушно беру их.

— У вас ангина. Скорее всего, ели или пили что-то холодное, — говорит врач, обращаясь к нам обоим. — Переохлаждение, стресс… В последнее время вы, должно быть, сильно нервничали, милочка.

Отвожу взгляд, заливаясь краской. Он попал прямо в точку. Все факторы сложились вместе: моё безрассудное купание в ледяной воде, злополучное поедание мороженого, стресс от похищения, обмана и появление Рагнара в моей жизни…

Рари хранит молчание, но я вижу, как его лицо омрачается тенью — опасной, грозной тенью, свидетельствующей о неистовой злости и самобичевании.

Доктор еще раз проговаривает стандартные рекомендации — соблюдение щадящего режима, употребление большого количества жидкости, легкоусвояемая пища — и, напоследок, удаляется, оставляя нас вдвоем в тягостной тишине.

— Значит ты из-за меня заболела… Что мне сделать, чтобы ты простила меня? Хочешь ударить меня? Могу дать пистолет.

— Я не умею стрелять.

— Я научу, и тогда ты сможешь сделать во мне дыру.

Рагнар вполне серьезен. По глазам вижу, что он согласен на любое наказание, но я не хочу этого! Причинить ему боль — это последнее, что я желаю для него.

— Хочу разноцветные мелки и новый альбом.

— И всё?

— Мороженое.

— Нет, об этом не может быть и речи, у тебя воспалено горло. Я больше не допущу подобного, — отрезает он, и в его глазах проскальзывает неприкрытая тревога.

Он нежно поглаживает мою щеку, и по телу разливается сладостная истома.

Улыбка трогает мои губы.

— Рари… — шепчу я, и он вздрагивает.

— Простила? — с надеждой спрашивает он, вглядываясь в моё лицо.

Не отвечая, я забираюсь к своему великану на колени и прячусь на его широкой груди. Как же мне хорошо рядом с ним! Несмотря на все тревоги и обиды, я чувствую себя в безопасности в его объятиях.

— Ты проголодалась? — внезапно спрашивает он, словно пытаясь заполнить неловкую паузу.

— Очень, — признаюсь я, и живот предательски урчит в ответ.

Он бережно пересаживает меня обратно на кровать и стремительно исчезает за дверью, оставляя меня в одиночестве с моими противоречивыми чувствами. Вскоре возвращается с подносом, на котором красуются тарелка дымящегося супа и… кусочек тортика!