Книга Сердце магмы, страница 28 – Милена Завойчинская

Нас встретила ошеломленная тишина, которая тут же взорвалась звуками. Ребята гомонили, что-то спрашивали. А я лежала на спине, словно морская звезда, глядя в расписной потолок, и чувствовала только дрожь от холода и магического истощения. Ну и страшное облегчение, что нас спасли.

Рядом, на расстоянии вытянутой руки, лежал Кирилл. Я повернула к нему голову. Он сделал то же самое. Мы лежали и смотрели друг на друга.

Вампирский облик был окончательно уничтожен: грим размазался, парик съехал набок. Он был просто уставшим, промокшим до нитки молодым парнем. А я была такая же грязная, растрепанная, мокрая студентка первокурсница с растекшейся тушью и смывшимися тенями для век.

Тут наконец налетели ребята. Кто-то усадил меня и укутал в плед. Рядом плюхнулась на колени Алина. Она что-то спрашивала, трясла меня. Кириллу тоже помогли сесть, и спины людей скрыли его от меня.

— Как вы сумели? — услышала я голос Леонида Игнатьевича. — Такой щит… это высший пилотаж для первокурсников! Синергия противоположностей…

— Мы… мы просто работали вместе, — сказал Кирилл.

Я только кивнула в никуда. Но слегка очухавшись, не выдержала и спросила:

— Что это было? Прямо внутри защищенной академии…. Блуждающий портал? Стихийный? Как такое возможно?

— Совершенно верно, Василиса, блуждающий портал. Они чрезвычайно редки и возникают в результате магических бурь. Но случаются, да. Алтай — место силы, здесь и простые бури — совсем непростые. Но то, что он открылся на территории «Кадын-Батыр», это нонсенс. Мы поработаем еще над защитными и стабилизирующими плетениями, — ответил профессор.

Я кивнула и подумала, что, наверное, все эти сказки про драконов, гномов, эльфов и про попадание в другие миры неспроста.

Но вот нам помогли встать на ноги, и мы смогли обменяться взглядами.

Уставший продрогший вампир, который все-таки потерял свои клыки, улыбнулся и подмигнул чумазой грязной принцессе. И я улыбнулась в ответ. Мы хорошо сработали, прямо как настоящие напарники. Внезапно.

Пока шли в лазарет для осмотра, притормозили в пустом коридоре. Преподаватели отошли немного вперед, давая нам возможность не спешить.

Мы стояли друг напротив друга.

— Спасибо, — сказала я первая, чтобы нарушить неловкую тишину. — Ты спас нас. Твоя идея со щитом…

— Солнце, ты забыла. Это было наше общее творение, — поправил он меня. — Без твоего огня мой лед бы разлетелся осколками. Ты была… великолепна.

Он посмотрел на меня так, словно и не видит грязное платье, растрепанные волосы, размазанную тушь. И в его взгляде не было насмешки. Было что-то другое. Что-то теплое и доброе.

— Василиса… — вдруг негромко позвал он меня. — Я…

Кирилл не договорил. Вместо слов сделал шаг вперед, осторожно, будто боясь спугнуть, и коснулся пальцами моей щеки, смахивая капли дождевой воды.

А я, неожиданно для себя самой, вдруг шагнула навстречу. Зажмурилась, обхватила его за талию и уткнулась лицом в грудь.

Просто потому, что он живой и теплый, и мы выжили, и все было сложно и непонятно, но мы выкарабкались. В этот момент это казалось таким… правильным.

Волковицкий застыл истуканом на секунду, но все же обнял меня в ответ и прижал к себе, давая время успокоиться и прийти в чувство. Некоторое время мы постояли так. Два промокших, уставших человека.