Книга Василиса и проклятая мельница, страница 12 – Глория Нотта, Наталия Зябкова

— Проснулась, кулёма! – голос её журчал как ручеёк, несмотря на склочную интонацию. – Солнце уж давно встало, а ты всё в кровати лежишь, да носом сопишь! Стучали тебе стучали, а ты и в ус не дуешь! И ещё, урезонь своего зверя-домового! Меня он конечно не тронул, а вот Василя всего в клочья изодрал!

— Кого? – протянула я, неприлично вытаращившись на неё.

— Ты откуда такая недоумица? – обидно фыркнула девушка. – А ещё колдовству учиться собралась! Неужто не знаешь, что кот твой – домовой потомственный? Как только Мельник разрешил его оставить? У меня вот даже Марфушку-помощницу отобрал! – она недовольно сверкнула глазами. – Ну да ничего, я новую смотаю, только он отвернётся!

— Ну-ка, ну-ка, кто там отвернётся? – раздался знакомый низкий голос прямо за моей спиной. От неожиданности я пискнула, неловко пнула ногой ведро, попятилась, оступилась, и свалилась прямо в расплывшуюся у крыльца лужу.

Пока вставала, потирая ушибленное бедро, противная рыжуха заливалась смехом, звучавшим как серебряный колокольчик.

— Хватит, Аграфена, − приказал девице Мальник, стоявший на крыльце. Он даже не тронулся с места, чтобы помочь мне, однако от следующих слов я ощутила невольную благодарность:

— Давно ли ты тут? А позабыть успела, как от Хазарина моего улепётывала – только пятки сверкали! А как от Серого пряталась в отхожем месте, напомнить?

Рыжая Аграфена тут же перестала смеяться, недовольно надув губы:

— Да посмотри на неё! Замарашка глупая! Шагу ступить не может! Какая из неё ворожея!

Тут откуда не возьмись, потянулись ко мне две мускулистые руки, покрытые свежими царапинами, и мигом вытащили из лужи. Коренастый парень моего роста с короткими русыми волосами, и серыми бездонными глазами прижал к себе, поддерживая, ничуть не боясь испачкаться.

— С каждым по-первости может случиться! – ответил он Аграфене бархатным баритоном, от которого у меня завибрировало в груди. – Твой норов всем нам известен. Не смей новенькую задирать, не то…

— Да неужто проглотишь? – издевательски отозвалась рыжая. Однако вопреки тону, в глазах её промелькнула едва различимая искорка страха.

— Проглотить не проглочу, − степенно ответил парень, не торопящийся меня отпускать. – А на спине хорошенько покатаю.

— Ты лучше помоги новой работнице платье, что Пряха сплела, а дочери её узорами своими расшили, от грязи отчистить, − приказал ему Мельник. – Сама она пока не сумеет. Потом ругаться будете.

— То-то, кулёма-неумеха и есть! – ввернула Аграфена. Но под взглядом Мельника сжалась, ухватилась за свою метлу и пискнула:

— Недосуг тут с вами прохлаждаться! Пойду Татьяне с Ульяной обед готовить помогу.

— Иди-иди, язва, − прошептал зыркнув ей вслед парень, а потом снова уставился на меня. – Сама на ногах устоишь?

Я неуверенно кивнула.

— Вижу, вы поладили, − сказал Мельник. – Не подерётесь, как с домовым. Вот и ладно. Мне отлучиться нужно, пригляди за ней.

Не дожидаясь ответа, он широким шагом направился через двор к забору, у которого был привязан красивый конь серого мышиного окраса.

— Так ты Василь? – спросила я, изо всех сил стараясь не отводить взгляд.

— Да. А откуда ты узнала? – удивился парень.

— У тебя все руки исцарапаны, а Аграфена сказала, что Басик Василя изодрал…

— Понятно, − кивнул он. Щеки парня чуть порозовели. – Ну, не так уж изодрал. Давай-ка лучше платьем твоим займёмся. Да и самой тебе не мешало бы помыться и волосы причесать.