Книга Пари на дракона, страница 159 – Анастасия Милованова

— Последние двадцать два года именно её я называю мамой, – кривится Арм, бросая на завхоза неприязненный взгляд.

— Всеединый, у нас ведь ничего не готово к её приезду! – Бальвус взмахивает руками и хватается за голову.

— Вот и займитесь этим. – Алдерт направляет её панику в нужное русло. – Составьте список необходимых закупок и работ, которые нужно провести перед прибытием делегации.

— Да, конечно – Жадми мелко-мелко трясёт головой и вскакивает со своего места. – К вечеру всё будет готово.

— Верю, – только и роняет Алдерт.

Под его внимательным взглядом Бальвус пятится к двери, за которой и исчезает через секунду. А ректор, не давая никому возможности задать вопрос, обращается одновременно и к Миллату, и к Пелегее:

— Ребята, больше не вижу смысла вас задерживать. Андреас, будь добр, проводи княжну до её апартаментов.

Я снова переглядываюсь с девочками. Даже вечно оптимистичная Клео что-то заподазривает – между её бровей пролегает хмурая морщинка. Видимо, не мне одной кажется, что Фрёист просто избавляется от лишних свидетелей. Нас-то он не выгоняет.

— Разве мы больше ничем не можем помочь? – Пелагея картинно вскидывает бровки, а в её глазах появляется такое просительное выражение, что будь на месте ректора менее прозорливый человек, он бы обязательно оставил лису в кабинете.

— Вы были нужны как свидетели инцидента на полигоне, – расслабленно выдыхает Алдерт и, откинувшись в кресле, складывает руки на животе. – Дальнейшее обсуждение вас не касается.

— Точно? – Княжна прищуривается, поняв, что её игра в милашку не сработала. – Я ведь представительница оборотней. Разве мы не должны присутствовать при любых разговорах?

— Пелагея, – предостерегающе басит мастер Панчек.

— Велидор, всё в порядке. – Алдерт приподнимает ладонь, призывая мастера к спокойствию. – Оборотни обязаны присутствовать, если обсуждение касается союза. К тому же мастер Панчек или Ведагор прекрасно представят интересы вашего народа. У меня же разговор к этой компашке сугубо личный.

Фрёист награждает нас устрашающим взглядом, который, впрочем, не работает: нет в глазах ректора настоящей угрозы. Так, скорее, игра для двоих зрителей – Пелагеи и Андреаса.

— Да что мы такого сделали?! – подыгрывая Алдерту, возмущается Арм.

— А вот это мы и обсудим! – криво усмехается ректор. – Андреас, прошу.

Миллат молча предлагает княжне локоть и тянет ту к выходу. И если Пелагея продолжает возмущённо пыхтеть, то дракон, напротив, слишком покладисто себя ведёт. И его брошенный в мою сторону взгляд красноречиво говорит о том, что моя интуиция права.

Этот гад определённо что-то задумал!

В полной тишине мы дожидаемся, когда эта странная парочка покинет кабинет. Как только дверь за ними захлопывается, мастер Панчек щёлкает по одному из своих многочисленных артефактов. Сделанный в виде броши из грубо переплетённой серебристой проволоки, он испускает пучок белого света. По помещению прокатывается еле заметная волна энергии, которая на миг приглушает звуки.

— Портативный полог тишины! – в восторге произносит Клео, с жадностью разглядывая брошку.

— Какая догадливая девочка, – пряча улыбку в рыжей бороде, хвалит её Велидор и поворачивается к Алдерту. – Нам в «Ворви-Уш» такие студентки нужны.

Вместе с Ривейлой мастер подтаскивает кресла к столу ректора, и они усаживаются рядом с ним. Ощущение, что нас ждёт очередной этап допроса, усиливается.