Онлайн книга «Попаданка для инквизитора, Или Ты связался не с той ведьмой!»
|
— Эээ… — родитель замялся, не смея поверить в столь быстрое перевоплощение вольнолюбивой бунтарки в покорную жертву домостроя. — Допустим… кхм… Деточка, — настороженно произнес он, явно ожидая какого-то подвоха, — И чего же ты хочешь взамен? — Ничего сверхъестественного. Может уже снимешь с меня свои ограничения? Я же без соглядатаев по дому пройтись не могу. Не хочу, чтобы последние дни под отчей крышей запомнились мне этим. Я не собираюсь сбегать, честно. Только позволь мне беспрепятственно наслаждаться прогулками на свежем воздухе и общением с любимой подружкой... — Подружкой?.. — Ну да. С Рианной. Моей бывшей служанкой. Я так скучаю по ней! Он помедлил. Почесал затылок, видимо прикидывая все «за» и «против» и наконец изрёк: — Ладно, твоя взяла. Признаюсь, воспитатель из меня никудышный. Все эти ограничения мне и самому особой радости не доставляли. Но пожалуйста, доченька, не обмани моего доверия. И запомни: всё что я делаю — это только ради тебя… С этой минуты я ни на миг не оставалась одна. Проводила дни с Рианной, Фиоланной или Филей, участвовала в бесконечных репетиция брачной церемонии или свадебного танца, а по ночам… По ночам был Светлячок. Я научилась в совершенстве управлять им. Стоило мне лишь захотеть и маленькое солнышко тут же послушно вспыхивало на ладошке — поднималось в воздух, плавало под потолком, ныряло под мебель, высвечивая самые тёмные углы, или играло с Филей в догонялки. Я назвала эту игру “Поймай свет” и Филя, едва услышав заветные слова, с азартом включился в озорную забаву: носился за Светлячком как заведенный, повизгивая щелкал мясистыми челюстями и бешено вилял отростком-хвостом. Это было странно, но уморительно весело. И, во всех смыслах этого слова, волшебно. Я решительно не понимала, почему местные аборигены так боятся и ненавидят магию. Неужели Киария должна была поплатиться жизнью за столь невинные радости? Из-за безобидного солнышка-светлячка, игр с фамильяром и тёплого света над ладонью? Это казалось не просто несправедливым… Это было чудовищно жестоким! * * * Время текло в каком-то странном, переливчатом ритме. На третий день приехал мэтр Жабьель. Без фанфар, без свиты помощниц и без излишней театральщины. — Рад приветствовать Вас, несравненная сьера Киария, — Мэтр влетел в гостиную с широченной улыбкой, — У нас по плану финальная примерка. Надеюсь, Вы не поправились? А впрочем, не важно: если что, мы всё подгоним и доведём до идеала — для этого я, собственно, и здесь. Ох, знали бы Вы, как же мне не терпеться представить Вам свой последний шедевр! Уверен, Вы будете довольны. Даже королева не надевала ничего подобного в день своей свадьбы! Мэтр не лгал. Платье было… Ну, в общем, я поняла, почему в некоторых культурах жениху не показывают невесту до самого венчания — узрев подобное великолепие «несчастный» бы просто ослеп. Это было самое красивое платье, из всех, что мне довелось видеть в этой жизни. И в той, к слову, тоже. Расшитое переливающимися на свету серебряными нитями, оно буквально поражало воображение: казалось, что тончайший иней лёг поверх кремовой, как топлёные сливки, ткани. Лёгкое, как облачко, но с характером поистине королевского наряда. По спадающему к самому полу подолу шла россыпь бриллиантовой крошки, искрящейся застывшими капельками росы. Длинные и облегающие рукава доходили до запястий, но при этом не стягивали и не давили, а лишь мягко обнимали кожу: ажурная, нежная как шелк и приятная как хлопок ткань была удивительно эластичной. |