Книга Попаданка для инквизитора, Или Ты связался не с той ведьмой!, страница 22 – Ася Туманова

— Нет! Что ты! — выпалила она, замахав руками, как будто отгоняла пчёл. — Я… я люблю тебя! Я бы никогда так… Это невозможно! Он твой! Я бы не… никогда!

— Ох, ты ж лукавая девчушка, — протянула я, качнув головой. — Ну всё, хватит трястись, я ж пошутила. Вернее… сначала пошутила. А теперь — давай честно: он тебе нравится?

Фиоланна вспыхнула моментально, как будто я вылила ей на голову ведро кипятка. Глаза — полные ужаса, губы дрожат.

— Ну… он… красивый, конечно… Но я… я ведь не могла… Я не хотела… Я не такая!

Я вздохнула — просто чтобы дать Ланочке шанс отдышаться — и перевела взгляд. В изножье, на краю кровати, лежала книга. Та самая, с которой Лана влетела в комнату. Приземлилась аккуратно, как будто там и росла. Скромно в ожидании своего часа… И вот, похоже, дождалась.

— А это что у нас, Ланочка? Альбом с семейными фото?

— С чем? — она моргнула.

— Фотография. Ну… такие картинки, застывшие в моменте. — Я замялась. — Ой, забудь. Похоже, у меня сегодня что-то с юмором. Или с головой.

Или с обеими сразу. Мда. Кира, хорош. Прекрати пугать аборигенов.

— Так что это за книга? — переспросила я уже спокойнее, наклоняясь вперёд и кивая подбородком в сторону книжного трофея.

Фиоланна-Ланочка — вдруг посмурнела. Не в смысле «заскучала и зевнула», а как-то тихо сжалась внутрь себя. Пальцы вцепились в подол, взгляд стал таким, будто я попросила её вынуть из-под подола платья секретный артефакт

— Ты… ты правда не помнишь? — спросила она почти шёпотом, будто опасалась, что я сейчас сорвусь, хлопну дверью и исчезну в клубах дыма.

— Не-а. Ни строчки. — Я потянулась за книгой. — Так что это? Любовный роман? Мой дневник? Или, может, сборник рецептов ведьминого борща?

— Но… ты же сама отдала мне её. — Лана сглотнула. — Перед тем, как тебя… арестовали.

Я замерла. Книга уже лежала у меня в руках. Обложка — глубокого бордового цвета, с тиснением по краям и замысловатым узором посередине. Уголки — металлические, с тонкой резьбой, как у старинного сундука. Застёжка простая, но плотная. Вес — внушительный. Не игрушка. И явно не для украшения полки.

Я приподнялась чуть выше на подушках и раскрыла её. Страницы — плотные, приятные на ощупь, с мягким, едва уловимым узором по краям: тонкие завитки, веточки, аккуратные вензеля. Цвет бумаги — светлый, с лёгким теплым оттенком, словно в неё замешали каплю сливочного крема.

Но ни слова.

Ни единой записи.

Пусто.

Ни строчки. Ни пятнышка чернил. Ни каракули на полях, ни даже «Киария была тут» на форзаце. Просто красивая книга. Красивая и абсолютно для меня бесполезная.

— Уверена, что это моё? — я подняла бровь.

— Конечно. — Лана сразу вытянулась, как будто я её на экзамене застала. — Ты передала её мне в коридоре, прямо перед тем, как во двор въехала Королевская Инквизиция. Ты была очень серьёзной. Сказала, чтобы я хранила её… как зеницу ока. И если приговор будет… — она сглотнула, — …если тебя приговорят, я должна буду её сжечь.

— Сжечь? — уточнила я, будто плохо расслышала.

— Да. — Кивок. — А если тебя оправдают — вернуть.

Я снова посмотрела на книгу в руках — вроде ничего особенного. Но вот сердце… где-то в груди, чуть левее центра, зародился странный, неприятный холодок.

— Я… не открывала её, — тихо добавила Лана, будто оправдывалась. — Я не имела права. Но я знала, что она важна.