Книга Илька из Закустовки, страница 126 – Анна Леденцовская

— Вот так бывает с теми, кто пытается испортить другим все веселье! — раздался тоненький звонкий голосок, прозвучавший у Илькиного уха хрустальным колокольчиком, и на плечо девушки, слегка припорошив ворот платья искорками пыльцы, плюхнулась крылатая фигурка крошечной темноглазой фейки с пепельными волосами и серо-серебристыми крылышками. — Эта гадина тебе порошок жгучей лисокрутки за шиворот сыпанула, а та носатая дурында твоей подружке в бокал настойку шлимсуцофника пупырчатого налила. Как есть дуры! Кто же пакостит тем, на ком фейская пыльца к удаче осела? Им теперь еще неделю будет возвращаться все гадкое, что они последние три дня кому бы то ни было сделали.

Малышка захихикала, нисколько не жалея рыдающих в голос девиц.

— Поделом им! Если та целительница всего-то и хотела, чтобы боевичка пукала при каждом шаге, совершенно этого не замечая, то эта порошка не пожалела, мечтая, чтобы у тебя везде повыскакивали болючие прыщики и волосы скрутились в пружинки везде, включая брови и ресницы. Так что не смей ее жалеть, заслужила! Представь свои глаза, на которых все реснички стали тугими спиральками, мешая друг другу, а тело все чешется и зудит. — Фея соскочила с плеча Ильмары и зависла у нее перед лицом, отчаянно жестикулируя. — Кстати, ты меня помнишь или нет? Мы были у вас в гостях вместе с бабушкой Машей, но ты тогда была совсем маленькой.

— Конечно, помню, разве такое забудешь?! — Ильмара протянула к крошечной волшебнице руку, завороженно разглядывая трепетание крылышек и радужное свечение от парящей вокруг малютки пыльцы. — У нас в Закустовке это было на моей памяти самое значительное событие, помимо прибытия торговых караванов, но в отличие от вас караваны все же приезжают достаточно часто и не такие интересные.

Илька на миг забыла, что находится на балу, рядом полно народу и даже про пострадавших пакостниц. Весь мир сейчас сосредоточился на веселой крылатой фигурке феи, порхающей вокруг нее, но ее потянули в сторону, схватив за руку, и она обнаружила, что целитель Бяо вместе с рассерженной Манефой Ауховной уже успели окружить пострадавших девушек полупрозрачной, сотканной из магии эфемерной тканью, похожей на многослойные одеяла, укутавшие тех с головой.

Подошедшая прекрасная, как всегда, ректор академии с пушистыми сиренево-фиолетовыми волосами холодным взглядом окинула эти коконы и одним движением тонкой холеной руки открыла портал, куда закутанных девиц словно сдуло ветром. Вслед за ними шагнул нарядный фрогон, не особо опечаленный, что покидает праздник, а кикимора, которая и держала за ладонь Ильку, схватив другой рукой Гульсию, решительно потащила их на выход из бального зала. Следом кинулись Дерек и Нарьян, а чуть позже, бросив Эрлену посреди танцующих, за ними устремился змеелюд.

Ниле, пожав плечами, нашла взглядом Марию Спиридоновну, о чем-то настолько увлеченно разговаривающую с Винни в другом конце зала, что они, похоже, не заметили произошедшего, и полетела к ним. Ей хотелось первой рассказать новости, а заодно узнать, что такое важное они обсуждают, к тому же у них над головами порхал Эм, следовательно, там было точно интересно. Тем более братец держал в руках большущий разноцветный леденец, а это, с точки зрения сладкоежки фейки, было несправедливо. У нее-то ведь такой липкой и яркой вкуснятины не было, а значит, следовало делиться. Эм же не собирался звать сестричку, а слушал разговор, с наслаждением облизывая свой трофей, и его личико выражало полное довольство жизнью.