Онлайн книга «Голос извне»
|
Я рухнула в проём, ударившись коленями о твердый пол. Боль внизу живота вспыхнула с новой силой, заставив меня согнуться пополам. Ползти… Надо было ползти. Спрятаться. Зачем? Темнота ещё более густая, чем в коридоре. Холод, исходивший от стен, был древним, могильным. Но странно… страха не было. Был лишь тупой, всепоглощающий ужас, слишком огромный, чтобы его чувствовать. Я проползла немного, и рука, выброшенная вперёд, во что-то врезалась. Боль пронзила ладонь, и я дёрнулась. Что-то тяжёлое и металлическое с глухим стуком покатилось по полу, на секунду зазвенев, как погребальный колокол. Света из приоткрытой двери хватало, чтобы смутно различать очертания. Складированные ящики? Старые боксы? Мне было всё равно. У меня не осталось сил даже на осознание. Я отползла в угол, прислонилась спиной к чему-то невероятно холодному и выдохнула протяжно, будто выпуская из себя последнее дуновение жизни. Я больше не могу. Или… могу? Время потеряло смысл. Минуты, часы, вечность — всё слилось в одну непрерывную полосу ледяной муки и болезненного внутреннего кровотечения. Потом… шаги. За мной все-таки пришли. Палачи… Тихие, отлаженные, мерные шаги послышались в коридоре. Несколько пар, идущих нога в ногу… Звук, отточенный дисциплиной, а не животной жаждой убийства. Шелест брони, тихий электронный писк, который я слышала уже где-то… в забытьи, в кошмаре. Коридор за дверью озарился резким, белым светом. Не тускло-жёлтым, а хирургически-ярким светом проекторов, выхватывающим каждую пылинку, каждый след моей крови на полу. Нашли… И что? Сдаться? После всего? После жертвы Энора, после своей ярости, после этой последней, жестокой потери? Лечь и ждать, пока чья-то рука нажмёт на курок? Нет. Даже в этой ледяной пустоте, на дне отчаяния, что-то внутри взбунтовалось. Я себя не прощу… Нащупала холодный бластер. Пальцы покалывало, но я крепче сжала рукоять. Так слабо… Пальцы пронзило тысячью иголок, но я сжала крепче. Нащупала скобу курка. В проёме двери, залитый контровым светом проекторов, возник массивный силуэт. Был ли смысл прицеливаться? Всё, что у меня было, — это последний выплеск воли, ярости, отказа уйти тихо. Я взмахнула тяжёлым оружием и нажала на спуск. Тишину, давившую на уши, рассек ослепительный луч и шипение разряда. Ещё один выстрел. И ещё. Я палила вслепую, в этот ненавистный силуэт, в этот мир, который хотел меня стереть. Фигура не падала. Она двигалась прямо на меня. Спокойно, неспешно, не обращая внимания на удары энергии, которые должны были сжигать плоть. Я выстрелила снова. Вспышка, шипение, чей-то сдавленный стон… Попала? Но он всё шёл — тёмная, неотвратимая гора, надвигающаяся, чтобы раздавить. Я потянула курок ещё раз. Тишина. Сухой щелчок. Заряд кончился. Я опустила бластер и… улыбнулась горькой, кривой гримасой, в которой не было ничего, кроме чистой ненависти и смирения. — Гори в аду… — прошептала я в лицо своей смерти. Силуэт присел передо мной на корточки. Близко, так близко, что я почувствовала исходящее от него тепло — чужое, механическое, от системы обогрева брони. Я подняла тяжёлый, бесполезный ствол и уперлась дулом прямо в центр его массивной груди. Нажала на спуск. Тишина. — Уже сгорел, — произнес голос. Тьма накрывала меня с головой. Я боролась до последнего, но… |