Книга Выбор судьбы, страница 12 – Диана Курамшина

Кресло принесли через три дня. Оно пахло смолой и морозной свежестью.

Попытка Беляны уместить меня в него окончилась бы катастрофой, если бы не Ратмир. Заметив намечающуюся проблему, боярин с лёгкостью подхватил падающее тело на руки и уместил моё седалище на мягкую подушку кресла. Что, учитывая его почти богатырский рост и размер, не составляло большой проблемы.

Зато теперь его утренний визит длился дольше. Мужчина дожидался, пока лекарка приведёт меня в порядок, а затем аккуратно переносил в кресло.

— Что это ты делаешь? — спросил тот через несколько дней, не уйдя сразу, а став присматриваться к рукоделию, что я начала выкладывать из лукошка на стол перед собой.

Он взял в руки цветы, собранные мною из кусочков ткани. В юности как-то увлекалась канзаши и цветами из шёлка. Потом, правда, на всё это не осталось ни времени, ни сил. Найти шёлк здесь не видела возможности, так что в расход пошёл яркий сарафан, что был на мне, в момент пробуждения. Благо сундук с вещами Любавы привезли сразу же.

«Матушка» не поскупилась, и для обряда сожжения, после омовения, выдала красивое одеяние… которое было мало уже всем, включая Драгану. Приживалкам же подобное было не по статусу, а вот так… вроде как «от доброты душевной», в дорогу «к роду» (*момент сожжения). Так что цветы были яркими, красивыми, и выглядели как натуральные. Отец даже долго растирал в пальцах лепестки, напряжённо хмуря брови.

— Но они… — протянул он растерянно.

— Не живые, — ответила, усмехнувшись.

Боярин отрешённо посмотрел на меня и по привычке протянув руку, погладил по голове. Проконтролировав себя, даже не шелохнулась. Мужчина же задумчиво подержал немного цветы в руках, затем так же пощупал подготовленные мною для работы кусочки ткани и направился на выход.

Странная реакция. У Беляны была другая. Вернувшись как-то днём, чтобы меня покормить, (с тех пор как я перестала постоянно лежать, юная сиделка стала уходить с утра и после обеда, чтобы выполнять свои обязанности жрицы) девушка замерла, увидев на столе собранную розу.

— Зимой? Откуда? — прошептала она, протянув руку, но не смея дотронуться до цветка.

— Сама сделала, — ответила улыбнувшись.

Только после этого Беляна осмелилась прикоснуться. Её почти детскому восторгу не было предела. Она кружилась с розой, прикладывая, то к волосам, то к сарафану. Я пообещала пришить ей на ленту, чтобы можно было носить на руке. Теперь девушка ждала приезда купцов. Санный поезд должен был прибыть на днях по реке. В это время года, это был самый удобный путь. Ведь нормальных дорог не было.

Интересно, заинтересуют ли подобные украшения купцов? И можно ли на этом что-то заработать? Немного монеток для жизни… Хм… хотя, в привычном мне понимании сделать это будет проблематично. Как таковых, «своих денег» сейчас на Руси нет. В ходу так называемый «натуральный обмен». В обиходе шкурки различных животных или даже их кусочки. Драгоценные камни, бисер — не зря так любили девушки обвешивать себя нитями всевозможных бус. Это же такое богатство. Считай, в моё время, с золотыми цепями по улице ходить. Ну и, конечно, слитки металла. Хотя, чаще всего гривны — скрученные жгуты из серебряной проволоки, носили на шее. Тоже признак статуса, более присущий мужчинам.

Память же Любавы показала мне, что у батюшки всё-таки имелся небольшой сундучок. С «кунами» — целыми серебряными монетами, и «резанами» — их половинками. Но… учитывая арабскую вязь надписей на них, что в своё время с интересом рассматривала девушка, скорее всего это были «дирхамы». «Динары», если не ошибаюсь, были золотыми. Однако «кератиев» (*мелкая древне-византийская серебряная монета, примерно 2гр веса) я в памяти Любавы не увидела (в своё время я «подвисала» на нумизматике). Хотя по идее Русь усиленно торговала с Византией. Значит товары и монеты по «шёлковому пути» сюда добирались проще, чем с юга. А значит и связи с восточными странами были прочнее. Правда… деньги могли попасть и от хазар. Ужасные набеги не мешали этим торговцам иудейского вероисповедания (*в начале IX века основная часть аристократии и крупных семей Хазарского каганата приняли иудаизм) спокойно барышничать на Руси. Ведь мех, которым так славился север, был самым популярным товаром. Ну, если не считать рабов. Так что, план финансовой независимости был пока слабоват и требовал доработки. В голове крутилась идея изготовления бумаги. Но в одиночку я подобное не осилю. Придётся привлекать ресурсы семьи.